Слово седьмое.

 


Свидетельство святых книг о том, как и почему подобает христианам поклоняться божественным иконам и почитать их, и Честной и Животворящий Крест Христов, и святое Евангелие, и Пречистые Божественные Тайны, и освященные сосуды, в которых совершаются Божественные Таинства, и честные мощи святых, и Божии церкви; а также о том, как нам подобает почитать друг друга, и как подобает почитать царя или князя и служить ему, и как подобает ныне Господу Богу поклоняться и Ему Одному служить

 

 

     Следует знать, как всякому христианину подобает писать на всечестных и Божественных иконах, и на стенах, и на священных сосудах Святую Троицу, Единосущную и Нераздельную и Неслиянную, и поклоняться со страхом и трепетом, с верою и любовью Божественному и пречистому Ее подобию, и целовать с желанием великим и любовью бесконечной. То, что невозможно нам видеть телесными очами, мы созерцаем духом, в иконном изображении. Хотя Божество Святой и Всемогущей и Животворящей Троицы нельзя описать, но все же богогласные и всечестные пророки и праведники прорекли о Ней во множестве образов; Аврааму же Троица явилась чувственно, в человеческом подобии. И как благоизволила явиться, так повелела и описать Ее. И от этого вещественного изображения ум наш и мысль возлетают к Божественному желанию и любви, не вещь почитая, но вид и образ красоты этого Божественного изображения. Перед этим изображением приносится на земле трисвятая песнь Трисвятой Единосущной и Животворящей Троице, поскольку честь, воздаваемая иконе, переходит на первообраз. И оттого мы не только ныне освящаемся и просвещаемся Духом Святым, но и в будущем веке, когда тела святых воссияют ярче солнечного света, мы получим великую и неизреченную награду, поскольку, с любовью почитая и целуя иконное изображение, чтили в нем единосущие Божие в трех образах-Ипостасях и молились этому пречистому и Божественному подобию Святой и Животворящей Троицы.
     Так же и подобно тому следует писать и изображать пречистый и богочеловеческий образ Господа нашего Иисуса Христа, поклоняться ему и целовать его, потому что Он – Безначальный, Присносущный, Невещественный, Неосязаемый, Царствующий, Живой Сын, Слово Божие и Бог наш, измеривший небо пядью и содержащий землю в руке Своей, Бог, Который взял прах от земли и создал человека по образу Своему и подобию, и, уподобив его Себе разумом, позволил ему наслаждаться неизреченными райскими красотами и поставил его царем над всем, что есть на земле. И когда человек был обманут змием и впал в грех, а греха ради – в смерть, не оставил его Бог: увидев, что род человеческий погибает, Он сошел с Неба, по благоволению Отца Присносущного и действием Духа Святого, и вошел во чрево Девы Марии, и воссиял Свет истинный в утробе Ее. И этот Свет бессеменно стал плотью, и родился, и, будучи Богом, был и Человеком, показывая нам знамениями и чудесами и различными средствами величество Своей силы и Божество. Он послал апостолов прогонять зло и учить добродетели, пресек наказаниями греховные устремления, а усердие благих возбудил обетованиями, немощи наши взял на Себя и недуги понес, и за нас был уязвлен, принял самую позорную смерть, но воскрес и вознесся на Небеса, оставив нам незабываемые свидетельства, чтобы мы, уповающие на Него, имели знамение Его жития на земле, чтобы добро не помрачалось давностью времени и глубиной забвения.
     Поэтому мы изображаем черты Его боговидного и пречистого образа, вознося таким образом ум к невещественному Божеству Его. Ибо Он, “сияние славы Отчей и образ Ипостаси Его, держа все словом силы Своей”(Ср.: Евр. 1, 3.), Сам благословил это всечестное и достохвальное дело, когда одним лишь прикосновением изобразил на плащанице пречистый Свой образ, и послал его к Авгарю, долгие годы лежавшему на одре болезни. Авгарь же, едва прикоснувшись к образу, исцелился. И увидев это, очевидцы, божественные ученики и апостолы Его, написали Его пречистый образ так, как видели, и заповедали в роды родов писать, и поклоняться, и почитать. И было множество неописуемых знамений и чудес, и больные исцелялись от пречистого Его подобия, и даже и доныне это бывает. Воспринятая Им от Пречистой Его Матери плоть была тленной и смертной до Воскресения, но Божественное пребывало с ней неразлучно, всегда – и во утробе, и на кресте, и во гробе. Точно так же и пречистый Его образ, хотя и создается из тленного вещества, но после того, как Он изображен, в любом материале, – Божественное уже пребывает с образом неразлучно. Поэтому следует нам почитать Его образ, писанный на иконе, и поклоняться образу, как Ему Самому, а не кому-то другому.
     Но не следует думать, что Его пречистый образ прелагается в Его Божественное Существо: ведь Божие Существо не могут видеть ни ангелы, ни люди; не следует думать, что это Христос во плоти: ведь Христос неописуем, по своей Божественной природе, и теперь невозможно Его видеть, но лишь когда наступит Его второе пришествие, это станет возможным; икона же – образ Его Человеческой природы. И потому так же, как мы приносим каждение и свечи изображению Честного и Животворящего Креста, и святому Евангелию, и святым Божиим Тайнам, поклоняясь и воздавая им честь, – так же следует воздавать честь и поклоняться с любовью пречистому и всечестному Его образу, с честным целованием, со страхом и трепетом, всечестно и верно. Ведь Бог неописуемый стал ради нас описуемым Человеком; и когда мы вспоминаем Его первообраз – ибо почитание, воздаваемое иконе, восходит к первообразу, – то в иконах мы почитаем Истину и поклоняемся Ей.
     Точно так же повелели святые апостолы и божественные отцы писать на святых иконах пречистый образ Пречистой Владычицы нашей Богородицы и поклоняться Ей, потому что и пророки, и апостолы, и все праведники свидетельствуют, что Она воистину есть Богородица, и, чистая душою и телом, непорочно родила Еммануила, и если бы не было этого чистого и всенепорочного вместилища Божества, то не спаслась бы никакая плоть. И от самого первого Адама и до конца времен всякая слава и честь пророкам и апостолам, и мученикам, и праведникам, и преподобным и смиренным сердцем, и почитание святости их, – все это было, есть и будет благодаря Той единой Богородице Марии. Икону же Ее следует почитать и поклоняться ей, как Самой Богородице, а не кому-то иному. Ведь когда божественный апостол Лука написал на доске изображение Пречистой Владычицы Богородицы и принес Госпоже и Царице всех, Она, устремив очи Свои на нее, сказала благоговейно и со властью: “Благодать Моя с тобою”. И слово стало делом, и чудеса и знамения и бесчисленные чудотворения совершались от святой иконы с того времени и до сих пор. Там, где изображается пречистый образ Ее, – туда приходит и благодать Ее, достойно содействуя иконе Божией Матери. Мы же, всегда прибегая к иконе Пречистой, обретаем через нее все потребное теперь, и добрый и непостыдный конец жизни, и благодаря Ей не увидим воздушных бесов и когтей их, и избежим держащих рукописания наших согрешений. Как дыхание, необходимо нам призывание Ее: ведь как Сын Ее и Бог везде пребывает и все исполняет, так и Она, Мать бесконечного Бога, быстрее молнии приходит ко всем призывающим имя Ее. Божество Сына Ее, Иисуса Христа, от естества Отца, а Плоть Его – от естества Приснодевы, Матери Его, так что Он Сын Божий и Сын Мариин, единосущен Отцу и единосущен Матери, ради Которой пребывает с нами Бог, для спасения мира.
     Точно так же повелели святые апостолы и богоносные отцы поклоняться Честному и Животворящему Кресту, с почитанием и совершенной верой. Хотя Крест и сделан из дерева, но это – победоносное оружие силы Божией против дьявола и всех сопротивных сил, потому что он освящен пречестною Кровью и святостью распятого на нем Бога Слова, и из орудия проклятия силою Божией сделался орудием освящения, потому что на Кресте был пригвожден в человеческом образе Господь, претерпевший погребение, воскресший и вознесшийся со славою на Небеса. И следует поклоняться и почитать не только тот один Животворящий Крест, на котором был распят Христос, но и всякому кресту, сотворенному по образу и подобию того Животворящего Креста Христова, следует поклоняться, как тому самому, на котором был пригвожден Христос. Ведь там, где изображается крест, из любого вещества, – туда приходит благодать и освящение от пригвожденного на Кресте Христа Бога нашего. Он дал нам знамение, чтобы изображать его на челе, на сердце и на всех членах. Это – печать, чтобы, видя ее, не прикасался к нам губитель, как Сам Господь говорит через пророка Иезекииля: “Пусть не жалеет око ваше, и не щадите; старика, юношу и девицу, и младенца и жен бейте до смерти, но не троньте ни одного человека, на челе которого знак”(Иез. 9, 5 – 6; см. также ст. 4.). Подобно этому говорит и Давид: “Ты дал боящимся Тебя знамение, чтобы они избежали лука”(См. Пс. 59, 6.), – то есть стрел вражиих. И еще: “Знаменася на нас свет лица Твоего, Господи”(Пс. 4, 7), – ведь знамение бывает на челе, как говорит Иезекииль. Таким образом мы узнаем верных, а от неверных отступаем. Это щит и оружие наше! Великие знамения и чудеса Креста невозможно выразить словом: они были при великом царе Константине, который сначала увидел на небе Крест, а потом, с помощью его, погубил всех врагов; и при сыне его Константине, в Иерусалиме, когда среди дня явился на небесах Крест, так что затмил своим светом свет солнца; и при царе Ираклии, и еще бесчисленное множество раз.
     Точно так же подобает поклоняться Святому Евангелию и почитать его, потому что пречистый образ Господа нашего Иисуса Христа и святое Евангелие подобны друг другу, и мы должны приносить им равное поклонение и почитание, ведь нет между ними никакой разницы, потому что оба благовествуют единую повесть. Ибо словописец написал Евангелие, и в нем написал обо всем, что относится к промыслу Божию о человеке, и передал Церкви. Подобное же делает и живописец, изображая на доске свидетельство Божьего промысла и передавая его Церкви. То, что Евангелие описывает словом, живопись исполняет делом. И как я почитаю икону – не доску, не красящее вещество, но изображение тела Господня, – так же, почитая святое Евангелие, почитаю не пергамент, не чернила, но повествование о промысле Христовом.
     Точно так же следует почитать святые Божественные Тайны – Пречистое Тело и Честную Кровь Господа нашего Иисуса Христа и поклоняться им. Ибо сначала Господь создал человека обладающим свободной волей и повелел ему всегда пребывать в послушании Сотворившему его – а тот преступил заповедь и сам себя предал смерти и тлению. Но Творец и Создатель рода нашего, по своему милосердию, уподобился нам, став Человеком безгрешным, соединился с нашим естеством, нищим и немощным, и Плотию очистил нашу плоть, Душою освятил нашу душу, как говорит Сам Господь: “Сие есть Тело Мое”, – и: “Сие есть Кровь Моя Нового Завета, за вас проливаемая; ядите и пейте во оставление грехов”(См. Мф. 26, 26 – 28; Мк. 14, 22 – 24; Лк. 22, 19 – 20). И “слово Божие живо и действенно” (Евр. 4, 12.), и Он творит все, что захочет, – ведь Он сказал: “Да будет свет. И стал свет”(Быт. 1, 3.). “Словом Господа сотворены небеса, и духом уст Его – все воинство их”(Пс. 32, 6.). И еще Он сказал: “Да произрастит земля зелень, траву”(Быт. 1, 11.), – и так и доныне она взращивает свои растения, укрепляемая Божественным повелением.
     Ведь если Бог Слово пожелал, и стал Человеком, воплотившись от крови Пречистой Приснодевы Марии, без семени составил Плоть Свою, и был распят на Кресте, и источил нам Кровь и воду из пречистых ребр Своих, неужели Он не может претворить хлеб в Плоть Свою и вино и воду – в Кровь Свою? Пресвятая Дева Богородица спросила: “Как будет это, когда Я мужа не знаю?”(Лк. 1, 34.) – и архангел отвечал: “Дух Святый найдет на тебя, и сила Всевышнего осенит Тебя”(Лк. 1, 35.), – так и в Причастии: Дух Святой приходит и творит это.
     Ибо Господь знает человеческую немощь: от того, что неестественно, Он отвращается и скорбит о том; и вместе с тем то, что естественно, Он постоянным сошествием сверхъестественно освящает.
     При крещении людей омывают водою и помазывают миром, и таким образом им сообщается дар Святого Духа: человек двусоставен, из души и плоти, и потому двойное дано нам и очищение – от воды и Духа, ибо видимое тело омывается видимою водою, душа же невидимая очищается Духом невидимым. Так и в Причастии: у людей существует обычай – есть хлеб и пить вино и воду, и Он присоединил к этому Свое Божество и сделал так, что через обычное для естества мы станем выше естества.
     Он принял Плоть от Приснодевы, но не эта Плоть, восшедшая на Небо, сходит с Небес, а хлеб и вино и вода претворяются Духом Святым в Плоть и Кровь Божию, по слову Господа: “Плоть Моя истинно есть пища, и Кровь Моя истинно есть питие”(Ин. 6, 55.), – и: “Ядущий Меня жить будет Мною”(Ин. 6, 57.), – и человек принимает эту Плоть и пьет Кровь, как бы приникая своими устами к ребру Господню. И тот, кто приемлет с верой и достойно, приемлет в оставление грехов и в жизнь вечную, и во спасение души и тела: ибо пожжены будут грехи наши и освятятся сердца наши. А тот, кто приемлет в безверии и недостойно, приемлет в томление и мучение; ибо Господня смерть для верующих – к жизни вечной, а для неверующих – к томлению и муке вечной.
     И это не образ Плоти и Крови, потому что Сам Господь сказал: “Это Моя Плоть и Кровь”, – а не “образ Плоти и Крови”. Это жертва пречистая и бескровная, которая приносится Богу от восхода солнца до заката и бывает в составление и освящение, в оживление и просвещение души и плоти. И не истлевает, не иссушается, не превращается в скверну. И с этим брашном бывает не так, как бывает у людей с иной пищей, – но подобно оно восковой свече: когда воск сгорает и невидимо поглощается огнем, огонь, поглощая воск, освещает здание; точно так же и действие Святого Духа, примесившись хлебу и вину и воде, претворяет их в Плоть и Кровь Христову, не превращает их в тлен и скверну, но поглощает Божественным огнем, неизреченно и сверхъестественно. “Ибо если кровь тельцов и козлов и пепел телицы, через окропление, освящает оскверненных, дабы чисто было тело, то кольми паче Кровь Христа, Который Духом Святым принес Себя непорочного Богу, очистит совесть нашу от мертвых дел”(Евр. 9, 13 – 14.), – как говорит апостол. Очищаемые ею, мы приобщаемся к Плоти Господней и Духу Его, и будем как Плоть Христова: ведь через эту Плоть и Кровь мы приемлем святое Христово Божество и все будем членами друг для друга, потому что Бог неизреченным образом соединил плоть с Собою, и Плоть эта животворит.
     Пусть никто не думает, что плоть перешла в Божие естество, но плоть едина с Божеством таким же образом, как железо – с огнем; до освящения это хлеб, вода и вино, но, по священническим молитвам, освященные и обоженные пришествием Святого Духа, хлеб, вода и вино претворяются в Плоть и Кровь Христову.
     И мы приемлем их от священника не как от простого человека, но как от самого серафима и со лжицы той огненной, со страхом и трепетом. Если нам и кажется, что священники живут неправедною жизнью, все же не подобает осуждать их: Иной есть у них Судия, видящий сокровенное. Для тебя же пусть будет достойным всякий, только бы он не был открыто отлучен от Церкви. Хотя в жизни и превосходит один другого, но печать и дар Святого Духа дается одинаково.
     Смотри: у одного есть золотой перстень, у другого – железный, образ же царский, изваянный на том и на другом перстне, одинаков. Этот образ отпечатывают на воске; скажи, если ты премудр, какой отпечаток от железа и какой – от золота? – ты не сможешь различить, потому что различны вещи, но не образ. Так и здесь: есть различие в человеческом, а не в духовной благодати. Ибо дар Святого Духа не умаляется от недостоинства священника, хотя и не ко всем Бог благоволит.
     Ты же не суди судей, будучи осужденным, и не паси пастыря, будучи овцой, и не говори, что этот – наиболее достойный, а тот не имеет такого достоинства. Но пусть для тебя всякий будет достойным, кроме того, кто учит ереси. Если же окажется еретиком, то постараемся не принимать от него ни учения, ни причастия, и не только не будем причащаться у него, но будем осуждать его и всеми силами обличать, чтобы не оказаться причастными к его гибели.
     Если кто из верных имеет житие нечистое: от объядения ли, или от пьянства, или от гнева и злопамятства осквернится – да не дерзнет приступать к Сему пречистому Огню, пока не очистится достойным покаянием от всякой скверны плоти и духа. Если же кто-нибудь недостойно приемлет, то, будучи недостойным, оказывается убийцей Самого Христа. Как иудеи некогда распяли Его Тело, так и ныне те, кто причащается с нечистой душою, оскверняют Тело. Ведь и раздравший ризу цареву, и осквернивший ее принимают одинаковую смерть, святое же – святым. Потому апостол говорит: “Кто ест и пьет недостойно, тот ест и пьет осуждение себе”(1 Кор. 11, 29.), – и: “Оттого многие из вас немощны и больны и немало умирает”(1 Кор. 11, 30.), – ибо святое – не скверным, но святым.
     Точно так же подобает почитать священные сосуды и поклоняться им: в них совершаются Божественные Таинства, поэтому и они обожены и освящены. Ведь если огонь, соединившись с железом, сообщает ему свое существо, и черное и холодное железо становится как огонь, – то тем более Божественная Плоть и Кровь Бога и Владыки, страшно и неизреченно священнодействуемая в этих священных сосудах, сообщает им величество своей благости.
     В Ветхом Завете Бог говорит Моисею: “Сделай блюда, и лжицы, и сосуды для жертвоприношений, и чаши, в которые вливаешь, и все сосуды, и умывальницы, и все стоящее в нем, и пусть варят мясо в святом месте, и пусть священники едят в этих сосудах это мясо, которым они освятятся, и освяти их, и будет святая святых”(Ср.: Исх. 30, 26 – 29); и если иудеи почитали те сосуды, в которых приносили в жертву кровь и мясо бессловесных, – то тем более теперь освящены и преисполнены Божественной благодати те пречестные и Божественные сосуды, в которых происходит священнодействие с Плотию и Кровию Господа нашего Иисуса Христа за избавление всего мира.
     Следует почитать и честные иконы всех святых и поклоняться им, и прежде всего иконе святого Иоанна Крестителя, первого проповедника Христова Царствия, которого и Сам Господь прославил, сказав: “Из рожденных женами не восставал больший Иоанна Крестителя”(Мф. 11, 11.). Ведь это и пророк, и апостол, и праведный, и преподобный, живший во плоти подобно бесплотным и мученически пострадавший за Христа.
     Также следует почитать и иконы Небесных сил, – архистратига Михаила и Гавриила и прочих небесных воинств, наших благих заступников и хранителей, доносящих наши моления и прошения до ушей Господа Саваофа и всегда о нас молящихся, в последний же, смертный час разлучающих души наши от плоти, и избавляющих от лукавых бесов, и возносящих горе, к Богу. Хотя они и бесплотны, и неописуемы, но все же многие их видели: в Ветхом Завете – Иоиль, Иезекииль, Даниил и Исаия, в Новом же – Пречистая Богородица видела Гавриила, и мироносицы и апостолы у гроба, и Петр в темнице. И как видели их, так следует и писать на честных иконах их божественные образы.
     Точно так же следует почитать и иконы святых пророков, которые делом и словом прорекли пришествие Христово и очистились житием и кровью, “скитались в милотях и козьих кожах” и “испытали поругания и побои”, “были побиваемы камнями, перепиливаемы... умирали от меча... терпя недостатки, скорби, озлобления; те, которых весь мир не был достоин”(Евр. 11, 37, 36, 37 – 38.). Заслуживают такого же поклонения и иные праведные духом, отцы, и патриархи, и цари, и судьи, которые были до Нового Завета, и более всего – святые праведные Богородители Иоаким и Анна, сподобившиеся стать родителями Такой Дочери, бывшей Богородицей по Богу, и Царицей по Царю, и Госпожой по Господу, и Владычицей по Владыке. И родители Ее сподобились такой благодати, какой никто не сподобился, от Адама и до последнего дня, так что они называются Богородителями, из-за своей Дочери, истинной Богородицы.
     Точно так же следует почитать и иконы преславных апостолов, как братьев Господних и очевидцев, уподобившихся Господу и служивших Ему во время Его земной жизни и пречестных Страданий, которые Он принял ради нас: они обошли всю землю, не давая ни покоя ногам своим, ни сна глазам своим, не угождая плоти своей, но гонимые, битые, уничижаемые, укоряемые, умерщвляемые распятием. Потому – кто равен им, или кто более их? Ведь они весь мир спасли и спасают.
     Точно так же следует почитать и иконы святых жен-мироносиц, равноапостольно послуживших Христу во время Его земной жизни и пречестных Его Страданий, и прежде всех сподобившихся увидеть Божественное Его воскресение, и потом скончавшихся от кровавых ран и мучений Христа ради.
     Точно так же следует почитать и иконы святых и добропобедных мучеников, как воинов Христовых, проливших за Него свою кровь, испивших Его чашу и приобщившихся животворной смерти, страданиям Его и славе, оставивших в этой жизни отечество, богатство, саны и достоинство, родителей, жен, чад, братию и друзей, и споривших, кто первый прольет кровь свою за Христа и бывших словно одна душа в разных телах. Их не могли расслабить и отлучить от любви Божией ни плачущий отец, ни терзающаяся мать, ни кричащие дети.
     Точно так же следует почитать иконы и святых бессребреников и чудотворцев, всегда исцеляющих наши немощи и недуги.
     Точно так же – и иконы преподобных и богоносных отцов наших, архиереев и святителей, пощением и злостраданием, слезами и постами угодивших Ему. Хотя и не пришлось им пролить кровь, однако слез и пота они пролили много и понесли труды весьма многочисленные, тяжелые, мучительные и опасные: всячески томили свое тело, не насыщали свою утробу, не высыпались, не утоляли жажаду, но пребывали голодными, босыми, нагими, дрожали от холода – и все это претерпели ради Христовой любви.
     Подобным же образом следует почитать и иконы святых мучениц и преподобных жен, претворивших женскую немощь в мужество: ибо одни из них пролили Христа ради свою кровь, другие же – свой пот, и все, оставив жизнь этого мира, перелетели ко Христу, соделав землю подобной небу и темные места просветив, словно звезды.
     Эти честные и любезные образы святых мы почитаем и поклоняемся им и воспринимаем святых этих как живых и стоящих с нами, с ненасыщаемой любовью. И потому мы стремимся подражать их богоугодному житию и постоянно видим удивительные чудеса, происходящие, по Божией благодати, от честных их икон и святых церквей и хранящихся в них цельбоносных мощей. Потому нам следует писать всечестные образы святых на стенах и на досках и священных сосудах, делать из золота и серебра или из иного материала, и строить святые церкви во имя их и в честь их, и почитать их, как ближайших Его угодников, словесно, и в написании, и в рассуждениях, и жертвоприношениях, и в храме, и на иконах, – но только не обоготворять их.
     И человеколюбивый Владыка и Господь наш Иисус Христос не скорбит, видя нас, поступающих так, но с любовью смотрит на нас и веселится об этом: ведь они для Него – свои и любимы Им. И Сам Он говорит о них: “Где Я, там и слуга Мой будет”(Ин. 12, 26.). И еще: “Вы друзья Мои”(Ин. 15, 14.), – и: “Вы не от мира, но Я избрал вас от мира”(Ин. 15, 19.), – и: “Слушающий вас Меня слушает и отвергающийся вас Меня отвергается”(Лк. 10, 16.). И еще: “Вселюсь в них и буду ходить в них; и буду их Богом”(2 Кор. 6, 16.).
     Точно так же следует почитать и мощи святых и поклоняться им, как если бы это были они сами, живые, потому что “души праведных” живут “в руке Божией”(Прем. 3, 1.), – как говорит пророк. И еще: “Не знаете ли, что тела ваши суть храм живущего в вас Святаго Духа?”(1 Кор. 6, 19.) Итак, души праведных в руке Божией и тела их – храм Духа Святого. Сам Он, Источник Жизни, спустился к мертвым, в страшной животворящей Его смерти, и Божественная Его Душа отошла от пречистого Тела, но Божество пребывало с ним неразлучно, ибо Сам Он – всесильное Слово в недрах присносущного Бога Отца, душою – во аде, и телом – во гробе. Так и тела и души святых, стяжавших единение с Богом, сохранивших заповеди Его и пребывавших в любви Его: Он Сам присоединил их к Себе, как части тела к голове, и Дух объединил их с Богом, излился на души их и тела и смесился с ними, и не только от живых, но и от умерших не отступает, и прах их и кости полны Божественной благодати. И как при жизни сподобил их Владыка духовных дарований и сил и способности творить чудеса, – так и по отделении душ их от тел не лишает этих дарований. Поэтому мы не называем их мертвыми, ибо какие чудеса может творить мертвая плоть? О том, что они живы, извещает слово Господа: “Верующий в Меня не умрет вовек”(Ин. 11, 26.). Кости эти кажутся прахом и землей, но страшны для бесов, дают слепым прозрение, врачуют прокаженных и расслабленных и всякие болезни: хотя они и были от земли, но соединились с небесным Владыкой, отбросили тленный образ и облеклись в образ небесный. Потому души святых пребывают в небесных сокровищницах, тела же их, по человеколюбию, Господь оставил пока в недрах земных, облагодетельствовав живущих на земле, исцеляя ими наши болезни. И мы всегда призываем святых молиться ко Господу о том, в чем имеем нужду, ведь Владыка не останется глух к их прошению, памятуя о трудах их, поте, жертвах, ранах и крови, которую они пролили за имя Его святое, и о любви, какой они возлюбили Его больше, чем родителей, больше, чем чад, больше всего мира.
     Точно так же следует почитать святые Божии церкви и с верой и страхом поклоняться им, потому что еще и в Ветхом Завете Бог повелел Моисею устроить скинию, скиния же есть не что иное, как церковь. Так, Бог сказал ему: “Видишь, и сделай все, как Я покажу тебе на горе, образец храма и образец всех сосудов его”(См. Исх. 25, 9). И после этого говорит: “Собери все общество ко входу храма собрания, чтобы они услышали слова Мои”(Ср.: Лев. 8, 3; Чис. 10, 3; Чис. 11, 16). И в книге Царств сказано: “И Самуил лежал в храме Господнем”(1 Цар. 3, 3.). И Соломон создал церковь по Божественному повелению, ведь Бог сказал Давиду: “Сын твой построит дом имени Моему”(3 Цар. 5, 5.). И Сам Господь наш Иисус Христос говорит: “Ты – Петр, и на сем камне Я создам Церковь Мою”(Мф. 16, 18.). И святые апостолы, по Вознесении Господа нашего Иисуса Христа, создали в Иерусалиме церковь, потому что в Деяниях говорится: “В те дни произошло великое гонение на церковь в Иерусалиме”(Деян. 8, 1.). И еще говорится об апостоле Петре: “Между тем церковь прилежно молилась о нем Богу”(Деян. 12, 5.). Также и Петр и Иоанн в Лиде создали церковь во имя Богоматери. И Климент, ученик Петров, пишет, что когда апостол Петр в Риме исцелил Софию, родственницу царя, то блаженная София, по повелению апостола Петра, создала в своем большом дворце церковь во имя Пречистой Богородицы, которая и доныне существует в Риме и называется “Софией”, и поручила ее Петру; Петр же освятил церковь, взяв мощи первомученика Стефана и положив в ней.
     Видишь: Сам Чудотворец Бог повелел созидать святые Божии церкви! Затем святые апостолы и святые отцы и учители, которые были после святых апостолов, заповедали создавать святые церкви и поклоняться им с верою, и почитать со страхом, и нет веры в Господа нашего Иисуса Христа без церкви, но где вера, там и церковь.
     Некоторые говорят, что лишь тогда подобает поклоняться святым иконам и святым церквам, если при этом кланяешься на восток, – если же не на восток, то не следует поклоняться. Посмотри – это не поучение, а скорее прелесть! Когда ты видишь царя или князя, то и не на восток кланяешься ему, но как получается. И если царю или князю кланяешься и на запад, и на север, и на юг – то тем более подобает поклоняться и на запад, и на север, и на юг, как когда придется, образу Небесного Царя и изображениям тех, кто угодил Ему от века, а также и Божиим церквам. И святые апостолы и бывшие после них божественные отцы и учители наши заповедали нам писать в святых церквах всечестные и святые образы Бога и Владыки и святых Его и на северной, и на западной, и на всех стенах, заповедали поклоняться этим образам и почитать их.
     Божественные апостолы и святые отцы повелели кланяться на восток потому, что Бог есть Свет разума и Солнце правды. И Давид говорит: “Царства земные! пойте Богу... восшедшему на небеса небес на востоке”(См. Пс. 67, 33 – 34.). И Христос в Писании именуется Востоком, как говорит пророк: “Вот муж, Восток имя Ему”(См. Зах. 6, 12). “И насадил Господь Бог рай... на востоке”(Быт. 2, 8.), – чтобы мы, стремясь к первому отечеству и взирая на него, поклонялись Богу. И Господь был распят лицом к западу, и потому мы поклоняемся Ему на восток. И восходя на небеса, Он возносился к востоку – так и апостолы поклонились Ему. Так же придет Он и в последние времена, ибо Сам сказал: “Как молния исходит от востока... так будет пришествие Сына Человеческого”(Мф. 24, 27.). И ожидая этого, мы кланяемся на восток – не просто, не бессмысленно: когда у нас нет Честного и Животворящего Креста, или святой иконы, или не видно святой церкви или других освященных вещей – тогда поклоняемся на восток, как мы объяснили.
     И еще говорят некоторые, неправо мудрствующие, что не нужно церкви, но сам человек – церковь, ведь апостол Павел говорит: “Вы храм Божий, и Дух Божий живет в вас”(1 Кор. 3, 16.), – и: “Вы храм Бога живаго”(2 Кор. 6, 16.). И святой Иоанн Златоуст говорит, что церковь – это не стены, но собрание верных и благочестивых людей.
     Но, видишь ли, апостол говорит это о святых и богоносных мужах, которые имели в себе Дух Святой: ведь он говорит, что храм Божий живет в вас и что вы – храм Бога живаго. О таких и Сам Господь сказал: Я и Отец – “Мы придем к нему и обитель у него сотворим”(Ин. 14, 23). Поэтому апостол назвал их Божиим храмом. Однако именно апостолы заботились о создании церквей и заповедали это всем будущим поколениям, но отнюдь не запрещали.
     Когда же Златоуст говорит: “Церковь – не стены, но собрание верных благочестивых людей”, – то говорит это отец наш Златоуст не потому, что запрещает создавать церкви – ибо как он может отрицать то, что Бог повелел творить пророкам и апостолам и завещал святым отцам? Ведь и сам Златоуст говорит в другом месте: “Церковь светлее небес”. Он желает лишь показать, что если мы и создадим церкви и всячески украсим их, но будем осквернять себя грехами и страстями и скверными делами, то Бог, желая обратить согрешающих к страху и целомудрию, не пощадит ни святых церквей, ни Своего изображения, ни Пречистых Таин. Ведь Он не пощадил святого Ковчега, но предал его иноплеменникам с беззаконными священниками. И Соломону говорит: “Если будешь хранить... законы Мои, то Я поставлю царский престол твой над Израилем вовек... Если же... не будете соблюдать заповедей моих... то я истреблю Израиля с лица земли... и храм, который Я освятил имени Моему, отвергну от лица Моего, и будет... притчею и посмешищем у всех народов”(3 Цар. 9, 4 – 7.), – как и случилось при Иехонии и при Седекии: предал Бог и град, и церковь, и дом царский сжег, а все прочее, посвященное Богу – и херувимов славы, и одеяния, и пророчества, и указания, и освященные сосуды, вместе с взбесившимися людьми, – отдал на попрание и осквернение (См. 4 Цар. 24 – 25.); при Зоровавеле же и Иисусе сыне Иоседекове и Ездре церковь и город вновь возродились (См. 1 Езд.). Видишь: когда люди с царем развратились, тогда и церковь, и люди были преданы на попрание и осквернение. Но когда Зоровавель и бывшие с ним умилосердили Бога, тогда и церковь, и люди были Богом воссозданы. Но когда они опять возвратились к скверным делам, то при Антиохе церковь и люди опять были преданы на попрание и осквернение.
     И не только тогда так было, но и до последних дней так происходит, как написано в Отечнике. Был в Иерусалиме старец. Он увидел себя в церкви святого Христова Воскресения, и при этом в церкви был великий смрад, и он спросил ангела: “Откуда исходит этот смрад и почему ты не избавляешь от него?” Ангел же отвечал: “Смрад этот исходит от беззаконий церковников, находящихся здесь, и избавиться от него нельзя – только огнем”. И вскоре пришли персы и пожгли огнем и церковь, и тех, кто пребывал в ней недостойно. Когда же они отвратились от злобы своей и от неправедных дел рук своих, Господь Бог умилосердился и помог благочестивому царю Ираклию, который и персов победил, и воссоздал разрушенную церковь.
     Смотри, как хорошо говорит Златоуст: церковь – не стены, но собрание благочестивых людей, – чтобы не стали люди лишь церквями гордиться, делами же прогневлять Бога. Следует и угождать Богу благими делами, и создавать Божии церкви, и стоять в них со страхом и трепетом, и почитать Божественное с верой и любовью.
     Почитая церковь, икону, святые мощи или Честной и Животворящий Крест и божественные вещи, ты почитаешь того, чья церковь, или икона, или мощи, а кроме того – почитаешь Самого Бога. Если же ты бесчестишь церковь, или икону, или святые мощи, ты бесчестишь Самого Бога и Его истинных служителей.
     Ведь если кто обесчестит образ царский, подлежит усекновению главы. Тем более тот, кто обесчестит Небесного Царя, или образы Его святых, или церковь – какой муки он достоин? По Божественным правилам в этой жизни он должен быть казнен через усекновение главы и предан вечному проклятию, по смерти же осужден в огонь вечный, с диаволом и с распявшими Христа иудеями, сказавшими: “Кровь Его на нас и на детях наших”(Мф. 27, 25.).
     А тот, кто с верой и любовью, со страхом и трепетом почитает всечестные и Божественные иконы, и Честной и Животворящий Крест, и святое Евангелие, и пречистые Божии Тайны, и освященные сосуды, в которых совершаются Божественные таинства, и всечестные мощи святых, и Божии церкви, и поклоняется им, – тот, как добронравный и благий раб, в нынешнем веке будет жить хорошо и благочестно, в будущем же услышит блаженный и сладкий глас: “Добрый и верный раб!.. войди в радость господина твоего”(Мф. 25, 21.). “Где Я, там и слуга Мой будет”(Ин. 12, 26.), – будет молиться о всех нас преблагословенной Владычице нашей Богородице, всечестной иконе Которой мы с почестями поклоняемся, и всем святым, от века Богу угодившим, язвы которых и страдания за Христа мы, с любовью целуя их иконные изображения, почитаем, ради Христа Иисуса, Господа нашего, Которому подобает слава со Отцом и Пресвятым Духом, ныне, всегда и во веки веков.
     Скажем и о том, как следует почитать друг друга, и как следует поклоняться или служить царю, или князю, или властелину, и как следует ныне поклоняться Господу Богу и Ему одному служить.
     Вдумайся: мы почитаем друг друга потому, что Бог изначально сотворил человека по образу Своему; поэтому все имеют одинаковую честь и напоминают об общем Владыке.
     От древних мы восприняли обычай кланяться друг другу, – ведь книга Бытия говорит: “Взглянул Иаков и увидел, и вот, идет Исав, брат его... и поклонился до земли семь раз”(Быт. 33, 1, 3.). И еще: Иаков увидел Иосифа, сына своего, и поклонился на верх жезла своего; и братья Иосифовы, увидев Иосифа, упав ниц, поклонились ему (См. Быт. 42, 6; 47, 31; ср.: Евр. 11, 21.). И Моисей, увидев Иофора, поклонился ему до земли (Ср.: Исх. 18, 7.).
     Еще и потому мы кланяемся друг другу, что братья наши – члены тела, во Христе, “возрожденные не от тленного семени, но от нетленного, от слова Божия, живаго”(1 Пет. 1, 23.), и принявшие божественное крещение в одной купели. Ведь Бог сказал: “Люби ближнего твоего, как самого себя”(Лев. 19, 18.), – и в Евангелии Господь говорит: “Заповедь новую даю вам, да любите друг друга”(Ин. 13, 34.), – и еще: “По тому узнают все, что вы Мои ученики, если будете иметь любовь между собою”(Ин. 13, 35.), “в почтительности друг друга предупреждайте”(Рим. 12, 10.). И еще: как Христос “положил за нас душу Свою: и мы должны полагать души свои за братьев”(1 Ин. 3, 16.). И святые божественные отцы наши говорят: если ты видел брата своего – видел Господа Бога своего. Даже если и враждуют, или укоряют, или обижают, или ранят, – да не отлучит нас ничто от любви их, как говорит Господь: “Любите врагов ваших... благотворите ненавидящим вас”(Мф. 5, 44.).
     Если же кто-то возбраняет исполнять заповеди Господни или провозглашает еретические учения, то от такого следует не только отворачиваться, но и убегать, как от змеи. На такого следует и гневаться, по пророческому слову: “Гневаясь, не согрешайте”(Пс. 4, 5.). И Господь наш Иисус Христос говорит: “Если и церкви не послушает, то да будет он тебе, как язычник и мытарь”(Мф. 18, 17.). И еще: “Если... правый глаз твой соблазняет тебя, вырви его и брось от себя”(Мф. 5, 29.). И апостол говорит: “Не участвуйте в бесплодных делах тьмы, но и обличайте”(Еф. 5, 11.). И еще: “Извергните развращенного из среды вас”(1 Кор. 5, 13.), “ибо какое общение праведности с беззаконием?”(2 Кор. 6, 14.) И еще говорит апостол: “Еретика, после первого и второго вразумления, отвращайся”(Тит. 3, 10.). И много сказано об этом в Священном Писании.
     Вот как следует кланяться друг другу. Еретику же не то что кланяться, но следует отворачиваться от него.
     Если ты поклоняешься или служишь царю, или князю, или начальствующему, то следует поклоняться и служить потому, что это угодно Богу – оказывать властям покорность и послушание: ведь они пекутся и думают о нас. Ибо написано: “Начальника в народе твоем не поноси”(Исх. 22, 28.). И апостол говорит: “Бога бойтесь, царя чтите”(1 Пет. 2, 17.), – и: “Рабы, повинуйтесь господам своим по плоти со страхом и трепетом”(Еф. 6, 5.), – как людям, которым Бог оказал предпочтение и наделил их властью и которые могут благодетельствовать и мучить тело, но не душу. Поэтому следует поклоняться и служить им телом, а не душой, и воздавать им честь как царю, а не как Богу, ибо Господь говорит: “Отдавайте кесарево кесарю, а Божие Богу”(Мф. 22, 21.). Если ты так поклоняешься и служишь, это не будет для тебя в погибель души, но ты таким образом еще более научишься бояться Бога: ведь Царь “есть Божий слуга”(Рим. 13, 4.), для милости и наказания людям.
     Если же некий царь царствует над людьми, но над ним самим царствуют скверные страсти и грехи: сребролюбие и гнев, лукавство и неправда, гордость и ярость, злее же всего – неверие и хула, – такой царь не Божий слуга, но дьяволов, и не царь, но мучитель. Такого царя, за его лукавство, Господь наш Иисус Христос называет не царем, а лисицей: “Пойдите, – говорит Он, – скажите этой лисице”(Лк. 13, 32.). И пророк говорит: “Царь надменный погибнет, потому что пути его темны”(Ср.: Иез. 28, 17 – 19; Дан. 5, 20). И три отрока не только не покорились повелению царя Навуходоносора, но и назвали его врагом беззаконным, ненавистным отступником и царем злейшим на всей земле (Дан. 3, 32.). И ты не слушай царя или князя, склоняющего тебя к нечестию или лукавству, даже если он будет мучить тебя или угрожать смертью. Этому учат нас пророки, апостолы и все мученики, убиенные нечестивыми царями, но не покорившиеся их повелению.
     Вот как подобает служить царям и князьям. И довольно об этом.
     Скажем далее о том, как ныне, при Новом Завете, следует поклоняться Господу Богу и Ему одному служить.
     Прежде всего истинный христианин должен знать, из Святого Писания, что такое Бог и как следует ныне думать о Боге, – и тогда он воистину узнает и о том, как следует ныне поклоняться Господу Богу и Ему одному служить. Не так, как иудеи, которые исповедуют Бога в одном Лице и в одной Ипостаси Отца, а Сына и Святого Духа отвергают, и не так, как эллины, которые почитают многих богов, – но следует исповедовать и почитать три Лица и три Ипостаси, Отца и Сына и Святого Духа, Бога Единого.
     Когда ты слышишь, что Отец родил Сына и Дух исходит от Отца, не думай, что Бог Отец сотворен, как мы, и не думай, что Он родил Сына сотворенного, как мы рожаем, и что Дух Святой расходится по воздуху подобно нашему дыханию: неизреченна и несказанна тайна Святой Троицы и непостижима ни ангельским, ни человеческим разумом. Бог постижимый – не Бог: ведь если мы не можем постичь или описать ангела или свою тварную душу, то тем более подобает быть непостижимым Творцу всего! И все, кто пытался постичь Бога – пытался измерить бездну горстями; и чем глубже они спускались, тем более они уклонялись во вражеские ереси, потому что тайна эта – неизреченна и несказанна. Не говори: “Как?” – потому что она больше всякого “так”. Не спрашивай: “Каким образом?” – потому что Божий Образ больше всякого образа.
     То, что мы узнаем из Священного Писания о Боге, не соответствует мере Божественного естества, но соответствует немощи слушающих. И сейчас, так как время торопит, мы скажем о Нем вкратце, соответственно нашей немощи, словами Священного Писания, которое говорит так: Бог вечен, Он есть и будет. Вечен – значит не имеет ни начала, ни конца. Бог Отец, Бог Сын, Бог Святой Дух, в трех Лицах, в трех Ипостасях, свят в трех Лицах, присносущен в трех Лицах, Творец в трех Лицах, Царь в трех Лицах, Владыка в трех Лицах, в трех Лицах Единое Естество, трисолнечный, трисиянный, трисветный, Единый Бог в трех Ипостасях, Единое Существо в трех Ипостасях, Единое Естество в трех Лицах.
     Когда ты слышишь о трех Лицах, трех Ипостасях, не думай, что это три Бога – Отец, Сын и Святой Дух, но проповедуй Единого Бога – Святую Троицу.
     Следует добавить, что Отец, Сын и Святой Дух – не общие имена, но у каждой Ипостаси Свое Имя. Отца не называют Сыном, и Сына не называют Отцом, и Духа Святого не называют ни Отцом, ни Сыном. Бог всегда именуется Троицей; хотя Он и имеет три Ипостаси и три Лица, но – единое Существо, единое Естество, единое Божество, единую премудрость, единую силу и единую волю. И не была одна Ипостась до времени, а другая после: Отец, Сын и Святой Дух неразделимы; Лица Бога не отделяются друг от друга ни годами, ни нравом, ни волей, ни намерением, ни действием, ни страстью – ничем из того, что мы видим у людей. Потому Бог един: не три Бога, но один в трех Ипостасях, то есть Лицах. И ничто из Божественной Троицы не было раньше или позже другого, не было ни растущего, ни умаляющегося, ничто не начиналось и не кончалось.
     И первый великий истинный свет есть Бог Отец, нерожденный, нетленный, невидимый, бесплотный, неописанный, неизреченный, непостижимый, Творец Неба и земли, всего видимого и невидимого. И Сын есть свет, как Сам Он сказал: “Я свет миру”(Ин. 8, 12.). Свет истинный от Света истинного, Бог истинный от Бога истинного, подобие и образ Бога, Слово действенное, Премудрость, содержащая всех, Ипостась и сила, творящая всю тварь, Тот, через Которого все стало существовать, и все, что имеет Отец, принадлежит Сыну, как Сам Он сказал: “Все, что имеет Отец, есть Мое”(Ин. 16, 15.), – и: “Видевший Меня видел Отца”(Ин. 14, 9.), – и: “Я в Отце и Отец во Мне”(Ин. 14, 10.), – ибо Он родился от Отца прежде всех веков, неизреченно, несказанно, непостижимо, без страсти, без сочетания, без смешения, бесплотно, вне времени, как лучи от солнца, как пламя от огня, как протока от реки. И не так, как родившиеся люди, которые не могут уже находиться в родивших их, но как луч, исходящий от солнца и в солнце же пребывающий, просвещающий мир и не разлучающийся с солнцем; и как пламя и свет, исходящие от огня, подающие людям чувственный свет и пребывающие в огне; и как протока, отходящая от реки, напояющая людей и не разлучающаяся с рекой. Слово, вечно пребывающее в Отце и от Отца и с Отцом нераздельно, неразлучно, неизменно.
     Сказав вкратце о Божественном Естестве Христа, скажем немного и о Его человеческом Естестве, которое Он воспринял ради нашего спасения. Ведь будучи Богом, Он стал, ради нас, и совершенным Человеком, стал в последние дни, родился от Святой Девы Богородицы Марии, Бог великий, превечный, безначальный, невидимый, непостижимый и неописанный, ведающий сердца всех людей. Есть, таким образом, два Его Рождения. Первое – от Отца, превечно, вневременно, бесплотно: Он воссиял, как свет от солнца. Второе же – от святой Девы Марии, бессеменно от Святого Духа. Поэтому Он познается в двух Естествах, в Божественном и человеческом. И имеет одну Ипостась, ибо Он един – Сын Божий и Сын Девы. Он и Бог, и Человек, в двух природах: ибо Он единосущен Отцу по Божеству и единосущен Матери по человечеству. И два действия в нем – Божеское и человеческое, и две воли, то есть желания. Так, имея Божественную волю, Он ею, как Бог, творил Божественное, воскрешая мертвых, давая прозрение слепым и творя множество других несказанных знамений и чудес. Но Он имел и человеческую волю, или желание; ибо Он воспринял человеческую плоть и душевные действия и страсти, чтобы показать истинное вочеловечение, а не видение, – отметая злые страсти, оскверняющие нашу жизнь, как недостойные Пречистого Божества. Он пострадал, имея два Естества: ибо Плотию Он висел на Кресте, Плотию страдал, Плотию умер, в то время как Божество Его пребывало бесстрастным. Хотя Он и умер, Бессмертный, Плотию, и Божественная Его Душа отошла от Пречистого Его Тела, но Божество оставалось неразлучным с Плотию; Он, Сам всесильный Бог, был с Отцом на Престоле, телом во Гробе, а Душою сошел во ад и проповедовал всем душам, находящимся во аде, путь, ведущий к вечной жизни, и веровавших во Отца и Сына и Святого Духа вывел с Собой, а неверовавших оставил во аде, и то же сотворил и на земле: веровавших спас, а неверовавших осудил. И явился ученикам в уже нетленной и обоженной, после воскресения, Плоти, и на небеса вознесся с Плотию, и сел одесную Отца в обоженной Плоти, а не в тленном разложении, как мы. И опять придет в славе, чтобы судить живых и мертвых, и царству Его нет конца.
     Свет же и Дух Святой, истинный и животворящий Бог, совершенен и единосущен Отцу и Сыну, всемогущ, вседержавен, всех освящает, господствует, обладает, царствует, владычествует, безначальный, невидимый, непостижимый, неисследованный, неизреченный, создавший с Отцом и Сыном разумную и чувственную тварь, исходящий от Отца, – но не от Сына, как утверждают, мудрствуя, еретики-латиняне.
     Кто свидетельствует о том, что Дух Святой исходит от Отца, а не от Сына? – Сама Истина, Господь наш Иисус Христос. Ибо Он сказал: “Когда же придет Утешитель, Которого Я пошлю вам от Отца, Дух истины, Который от Отца исходит”(Ин. 15, 26). И еще Он говорит: “Если любите Меня, соблюдите Мои заповеди. И Я умолю Отца, и даст вам другого Утешителя, да пребудет с вами вовек, Духа истины”(Ин. 14, 15 – 17.). И еще: “Сие сказал Я вам, находясь с вами. Утешитель же, Дух Святый, Которого пошлет Отец во имя Мое, научит вас всему”(Ин. 14, 25 – 26.).
     Видишь, Он нигде не говорит: “Дух Святой исходит от Отца и от Меня”! И что истиннее этого свидетельства? Отвечайте нам на это! И если Христос есть Слово Божие и именуется Божией Премудростью и Истиной, и все знает, как Бог, то кто может сказать, что Он говорил неправду? Лишь тот, кто не исповедует, что Господь наш Иисус Христос – Бог истинный. Если же кто-либо называет Его Богом истинным, то исповедует, что сказанное Им – истина.
     Еретики утверждают, что Христос сказал это как смиренный Человек, по человеческому естеству, ведь Христос многое говорил о Себе смиренно, по-человечески, как например: “Ищете убить Меня, Человека”(Ин. 8, 40.). Это он сказал как Человек. И много подобного есть в Святом Евангелии. Христос говорил и смиренно, как Человек, и со властью, как Бог. Именно по человеческому смирению, утверждают еретики, Христос говорил и о том, что Дух Святой исходит от Отца, но не отнес это к Себе.
     Но это – ложные еретические учения! Когда Господь сказал: “Которого Я пошлю вам”, – Он сказал это ученикам не как Человек, но именно как Бог: ведь человек не посылает Бога. Поскольку Дух Святой есть Бог, то и Господь говорит как Бог: “Которого Я пошлю вам”. И не один раз, но многократно говорил Он о том, что Дух от Отца исходит, чтобы заградить уста желающих утверждать, будто бы Дух Святой исходит от Сына.
     Некоторые указывают, что Христос, дунув, сказал ученикам Своим: “Примите духа святаго”(См. Ин. 20, 22.), – и потому они считают, что Дух Святой исходит от Сына.
     На это Афанасий Великий отвечает: следует знать, что когда Христос, дунув, сказал ученикам: “Примите духа святого”, – Он дал им не Существо Святого Духа, но дарование духовное, как и Сам Он свидетельствует, говоря: “Лучше для вас, чтобы Я пошел; ибо, если я не пойду, Утешитель не приидет к вам”(Ин. 16, 7.). Очевидно, что если Христос еще не ушел, то и дуновение это не было пришествием Утешителя, но дар благодати духовной. Когда же Он сказал: “Примите духа святого”, – то добавил еще: “Кому простите грехи, тому простятся; на ком оставите, на том останутся”(Ин. 20, 23.). Отсюда ясно видно, что дуновение это было духовным дарованием оставлять и прощать грехи, а не Ипостасью и Существом Святого Духа; ведь для Писания это обычно – называть духовный дар духом, как Исаия пишет о Христе: “Произойдет отрасль от корня Иессеева, и ветвь произрастет от корня его”, и почиют на нем семь духов, то есть семь дарований духовных. И чтобы никто не раздумывал, что это за семь духов, он сам протолковал их как “дух премудрости и разума, дух совета и крепости, дух ведения и благочестия”(Ис. 11, 1 – 2.), “дух страха Божия”(См. Ис. 11, 3). И Григорий Богослов говорит: действия, я имею в виду духовные, Исаие удобно называть духами, ведь духовное естество само не разделяется, но разделяет дарования.
     Когда же Он вознесся на Небеса, ученики приняли Духа Святого как Ипостась. Ибо Сам Господь говорит об этом: “Примете силу, когда сойдет на вас Дух Святый”(Деян. 1, 8.). Как и случилось в день Пятидесятницы, о котором и апостол Петр свидетельствует, что апостолы тогда именно приняли Дух Святой – в день Пятидесятницы. Он говорит так: “Сего Иисуса Бог воскресил... Итак Он, быв вознесен десницею Божиею и приняв от Отца обетование Святаго Духа, излил то, что вы ныне видите и слышите”(Деян. 2, 32 – 33.), – и это было в день Пятидесятницы, а не тогда, когда Христос дунул.
     Так свидетельствует Сам Господь Бог наш, Иисус Христос; и великий апостол Петр так же говорит, что Дух Святой исходит от Отца, а не от Сына и что Дух Святой пришел в день Пятидесятницы, а не когда Христос дунул на учеников.
     И семь Вселенских Соборов, в которых участвовало две тысячи святых отцов, и священнейшие святые поместные соборы, на которые собиралось множество великих богоносных отцов и чудотворцев, – все подтверждают исповедание православной веры в Духа Святого, истинного, животворящего, исходящего от Отца; а о том, что Он исходит и от Сына – никто не говорит.
     С ними и архиереи, и святители, и преподобные, и светильники Церкви – все подтверждали и охраняли учение о том, что Дух Святой исходит от Отца, а не от Сына.
     Василий Великий: Отец рождает, Сын рождается от Отца, и Дух Святой исходит от Отца – лишь в этом различие внутри Святой Троицы.
     Григорий Богослов: Дух Святой есть воистину Дух; Он исходит от Отца, но не как Сын, ибо Он не рождается, но исходит.
     Иоанн Златоуст: дерзайте, проповедь не останется без свидетельства, но Дух, исходящий от Отца, спослушествует истине знамениями и чудесами. Ибо Христос сказал: не от Своих недр извожу, но от Отца Мною дается. Когда же Он говорит: “Я пошлю”(Ин. 15, 26.), – Он являет свое равенство Отцу.
     Григорий Нисский: Отец рождает Сына, и является Отцом. И родившийся Сын, Слово, является Сыном. Так и Дух Святой, Который исходит от Отца, есть Дух Свят, Которым все освящается.
     Григорий Двоеслов, воссиявший после шестого Собора, говорит, что Дух-Утешитель исходит от Отца и пребывает на Сыне.
     Иоанн Дамаскин: Отец есть источник и причина Сына и Духа, Сын же не является причиной Духа, но лишь один Отец есть причина Сына и Духа.
     Дионисий Ареопагит: источник Божества – Отец, Сын же и Дух – от Богосеменного Божества и Богонасажденной отрасли, как присносущные цветы от единого Отца. Но как это бывает – ни сказать, ни увидеть невозможно.
     Епифаний Кипрский: мы говорим “Бог Отец”, “Бог Сын”, “Бог Дух Святой”, а не “Боги”, ибо в трех именах – единое Божество. Сын Единородный происходит от Отца, Дух же Святой, Дух Божий, присно пребывает с Отцом и с Сыном, ибо Он исходит от Бога Отца, и принимает Сыновнее, являя в мире, и испытует глубины Божии, потому что Сын вознесся ко Отцу, Отец же послал Духа во Имя Сына, Дух же Святой, продолжив дела Сына, укрепил их и ясно проповедал в мире.
     Григорий Чудотворец: Един Бог – Отец Слова живого, един Господь Бог от Бога, единый от единого, един Дух Свят, происходящий от Бога и Сыном являемый людям.
     Дамас, папа Римский: да будет проклят тот, кто не исповедует, что Дух Святой воистину происходит от Отца, как и Сын от Божественного Существа, и от Бога – Бог Слово.
     Фаласcий Африкан: мы все знаем, что Отец – единое начало, родитель и источник присносущный Сына и Духа, соприсносущный, собезмерный и неопределяемый.
     Святой Кирилл Александрийский: мы ни в коем случае не хотим, чтобы кем-либо была повреждена уставленная вера, то есть: “Верую во Единого Бога”, – исповедание, составленное святыми отцами; ведь это говорили не они, но Дух Бога Отца, Который исходит от Него и не отчужден от Сына, о чем по существу и говорится в исповедании.
     Кесарий, брат Григория Богослова: первый истинный Свет есть Отец, и Сын тоже Свет, как Сам Он сказал: “Я свет миру”(Ин. 8, 12.). Светом является и Дух Божий, имеющий источником Отца, от Которого исходит.
     Герман, Патриарх Царьграда: тот, кто говорит, что Дух Святой исходит и от Сына, и говорит, что и Сын – начало бытия Святого Духа, как и Отец, – тот достоин осуждения и отходит в погибель, потому что умаляет Дух Святой и низлагает Его честь.
     Кто-нибудь может сказать на это: и Сын от Отца происходит, но Сын не меньше Отца оттого, что происходит от Отца – так и Дух Святой не меньше Сына оттого, что происходит от Сына.
     Но послушай, возражающий! Ведь Сын имеет причиной и источником одного Отца, Дух же Святой, как ты говоришь, имеет две причины и два источника, то есть Отца и Сына, и от двоих, как ты говоришь, исходит один; про Сына же ты не говоришь, что Он один рождается или происходит от двоих, но от одного Отца. И если бы ты сказал, что и Сын имеет два источника и две причины, Отца и Духа Святого, и Дух Святой тоже имеет два источника и две причины, Отца и Сына, – то ты говорил бы, что Дух Святой равен Сыну. Теперь же на словах говоришь о равенстве, на деле же – умаляешь, полагая, что Святой Дух имеет два источника и две причины, а Сын – одну причину и источник. Хотя Сын и равен во всем Отцу, но ты не можешь сказать, что Сын – причина и источник Отца. Если же ты скажешь это, знай: ты смутил Божественный чин, досадил Богу и извратил Священное Писание. Так и в том случае, если будешь говорить, что Дух Святой исходит от Сына, ты досадил Богу, смутил существо и чин Божественной Троицы, ибо святая Божия Церковь учит, что Отец имеет Сына и имеет Святого Духа, и мы не говорим, что это три бога, но Все Трое – единый Бог, и Они равны и существом, и Божеством, и властью. И хотя Они во всем равны, но Отец есть источник и причина Сына и Святого Духа, а не Сын Отца и не Дух Святой Сына – и не Сын Духа Святого. Как Дух Святой не источник и не причина Сына, так и Сын не источник и не причина Святого Духа. Но мы говорим и веруем, что Отец есть причина обоих, неизреченно и непостижимо для ангелов и для людей, как говорит великий Дионисий: Бог по существу непостижим, но творение Его позволяет нам познавать и воспевать Его, потому что через видимое мы получаем некие свидетельства о Боге.
     Как неразделимы солнечный круг и луч и свет, так и Отец и Сын и Святой Дух: Отец – причина двух, но не старше, как солнце не старше луча и света. И если ты скажешь, что прежде солнечный круг, луч же и свет – потом, ты скажешь неверно. И если скажешь, что свет и луч прежде солнечного круга, тоже скажешь неверно. Ты видишь, что хотя все и едины, но солнечный круг – источник и причина и света, и лучей, как Отец – источник и причина Сына и Святого Духа. И если кто-нибудь скажет, что причина солнечного круга – луч и свет, он скажет неверно, и все ответят ему: ты бесноватый, и не понимаешь ты простых вещей.
     Так и тот, кто скажет, что причина и источник Отца – Сын и Дух Святой, скажет неверно, так же как неправ и тот, кто говорит, что причина и источник Святого Духа не только Отец, но и Сын. Хотя среди Лиц Святой Троицы и нет Того, Кто был в начале, и Того, Кто был потом, но источник и причина Сына и Святого Духа – Отец, и Сын Сам о Себе свидетельствует, говоря: “Отец Мой более Меня”(Ин. 14, 28.). Это сказано по-человечески, но еще более – как суждение о причине и источнике: ведь Сын родился от Отца, а не Отец от Сына. И если кто-нибудь говорит, что Дух Святой исходит от Сына, он утверждает, что, подобно тому, как Отец есть причина и источник Сына и Святого Духа, так и Сын есть причина и источник Святого Духа. Но если бы Сын, так же как и Отец, был источником и причиной Святого Духа, то как Сын сказал об Отце: “Он более Меня”, – так и Дух Святой сказал бы: “Сын более Меня, потому что Он – Моя причина и Я от Него исхожу”. Но этого нигде не сказано! Хотя и нет в Святой Троице Того, Кто был прежде, и Того, Кто был потом, и неразрывно пребывают Отец и Сын и Святой Дух, однако Отец – один причина и источник Сына и Святого Духа, а Сын – не источник Святого Духа. Если же кто-нибудь говорит, что и Сын источник и причина Святого Духа, ибо Он исходит и от Сына, – тот досаждает Богу и производит злейшее смущение, – тем более, что при этом, по словам Григория Богослова, и Богу доставляется досада и смущение, и тварь отягчается бесчестием Бога.
     И кто же дерзнет мерзким языком и скверною плотью сам по себе разглагольствовать о Божественном существе, а не поучаться от Святого Писания, писаний пророческих и апостольских, от святых и преподобных и богоносных отцов наших, – собирая таким образом горящие уголья на свою голову? Поэтому мы выбрали свидетельства из святых книг, а не свои собственные, и записали их по порядку, так как они приводят нас к правой вере и не дают нам заблудиться или погибнуть. Ибо, нося, как царское одеяние, апостольское православие, учение Священных Соборов и поучения святых великоименитых отцов наших, мы станем наследниками Небесного Царства – благодатью истинного, животворящего, всесильного и всемогущего Святого Духа, Который исходит от Отца, а не от Сына, Которому подобает поклонение и прославление вместе со Отцом и Сыном и Который говорил через пророков. Верующий так – “подлинно Израильтянин, в котором нет лукавства”(Ин. 1, 47.), и такой человек познал воистину, что такое Бог и как подобает рассуждать о Боге!
     Кроме того, нужно знать, как следует ныне поклоняться Господу Богу.
     Когда ты поклоняешься Господу Богу твоему во святой Божией церкви или где-нибудь еще, тогда всем сердцем твоим и умом и помышлением воздевай зрение ума ко Святой, Единосущной и Животворящей Троице – в мыслях твоих и в чистом сердце твоем; и называй Того Единого Бога Отцом и Сыном и Святым Духом, Творцом и содетелем видимого и невидимого. Чувственные же очи воздевай к Божественной и всечестной иконе Святой и Единосущной и Животворящей Троицы, или Богочеловеческого образа Господа нашего Иисуса Христа, или Пречистой Его Матери, или кого-либо из святых, или к Честному и Животворящему Его Кресту, или к Святому Евангелию, или к Пречистым Божественным Тайнам, или к Святым церквам, или к освященным сосудам, в которых совершаются Божественные таинства, или ко святым мощам, – и поклоняйся им душою мысленно и телом чувственно.
     Как подобает поклоняться – душою мысленно и телом чувственно, – послушай внимательно.
     Когда встанешь, чтобы помолиться Господу Богу Твоему, прежде всего установи для себя закон – предстоять не лениво, расслабленно и небрежно, а так, чтобы не помышлять о суетном и тленном; кроме того, пусть смолкнут бесчинные голоса и усмирятся движения и взмахи рук, – представим их Богу как бы связанными и стянутыми, ноги же поставим благочинно, и изгоним все земное из помыслов: злопамятство и гнев, ярость и ненависть и плотские вожделения, – и очи понудим к слезам, и всего себя устремим к небесам. И встанем так, как говорит иерей: “Станем добре”. А “добре стояти” в это время означает стоять так, как подобает предстоять Богу, со страхом и трепетом и с трезвящейся бодрой душой.
     Лучник, который хочет успешно пускать стрелы, сначала старается встать как подобает, и встав со вниманием против знамен, со тщанием берется за стрелы. Так и ты, желая поразить лукавого дьявола во главу, прежде позаботься о благочинии чувств, потом о благостоянии внутренних помыслов, чтобы благополучно пускать в дьявола стрелы, то есть чистую молитву. Молитву же я имею в виду не такую, что лишь на устах держится, но исходящую из глубины помыслов; подобно тому как деревья, которые, пустив корни в глубину, не ломаются от ветра, так и молитва, из глубины мысленной воссылаемая, простирается в высоту. Потому пророк говорит: “Из глубины” мысленной “взываю к Тебе, Господи”(Пс. 129, 1.).
     Видишь, как следует говорить и молиться! Из глубины сердечной. Не той худой молитвой, что разленения исполнена, но с прилежанием и с болезнующей душою и сокрушенной мыслью: это и есть молитва, возводящая к Небу.
     Как воды: пока они текут по ровной земле – не поднимаются к высоте; когда же соберут их, перегородив поток, они, стесненные, быстрее всякой стрелы взлетают к высоте. Так и человеческая мысль: пока она пребывает без страха и в небрежении о себе, широко разливается и растекается; когда же стеснят ее скорбные дела и печальные обстоятельства от долу, тогда, сильно сжимаемая, она воссылает к высоте чистые и благомощные молитвы. Ибо пророк глаголет: “К Господу воззвал я в скорби моей, и Он услышал меня”(Пс. 119, 1.). Поэтому пусть скорбит душа наша, памятуя о смерти, об ответе, который она даст за согрешения, памятуя о страшном суде, о Судии, не знающем милости и прощения, памятуя об огне темном, о бездне, пропасти непроходной подземного пламени и о подземных страшных местах и пропастях, памятуя и о Боге, и о Царствии Небесном, и о святых ангелах: ибо ничто так не отгоняет разленение и изнеможение, как постоянная память об этом, в особенности же во время молитвы.
     Так, собирая мысль извне и обращая внутрь, отгоним разленение и изнеможение, и, изгнав из помыслов все земное, все устремимся к Небу. И словно стоя близ Престола Славы, помыслим, с кем вместе хотим мы призывать Бога? – Предстоя с херувимами, летая мыслью с серафимами, будучи плотью сопричтен к бесплотным силам, сподобился ты предстояния общему Владыке.
     Всем этим будем возгревать свою совесть, и пусть скорбит она и утесняется: скорбящий таким образом во время молитвы всегда может привлечь в свою душу Божественную сладость, проистекающую от слез.
     Так стечение облаков делает небо мрачным; когда же источатся частые капли и изольется дождь, то тихим и светлым делается все место. Так и печаль, пока она внутри; когда же изольется словами молитвы, а за ними и слезами, то отрешится душа от суетных и лукавых мирских разговоров и исполнится великой светлости, с помощью Божией, словно некие лучи посылаются от Бога в мысли молящегося. Как свет светильника, так и свет молитвы. Если научишься молиться со вниманием, тебе не нужны будут поучения рабов Божиих: сам Бог, без посредников, будет озарять при этом мысль.
     Если молитва имеет такую силу, то тем более – молитва множества людей: она и более дерзновенна, и порождает усердие.
     Так, если бить камнем по камню, вылетает множество искр. Что может быть холоднее камня? Но частота победила естество. Если же это случается с камнем, то тем более с душами, воспламеняющимися друг от друга и согреваемыми духовным огнем.
     Так, при прародителях наших двенадцать были едины, но один из них погиб – Иуда; от одиннадцати произошли сто двадцать, от ста двадцати – три тысячи, потом пять тысяч, потом и всю вселенную они наполнили богопознанием. Причина этого в том, что они никогда не покидали церкви, но всегда были вместе, находясь в святилище и внимая молитвам и чтению, а не шепчась и не рассуждая о тленном и земном. Потому они и зажгли великий огонь, потому они и не отпали, но привлекли всю вселенную.
     Если же кто-нибудь говорит, что он может и дома помолиться, – ты прельщаешься, о человек. Помолиться дома возможно – но помолиться так, как в церкви, где множество отцов, где единодушно воссылается к Богу пение, где единомыслие, и согласие, и союз любви, – невозможно. В это время, о возлюбленный, не только люди вопиют трепетным гласом, но и ангелы припадают к Владыке, и архангелы молятся.
     Как люди приходят к царям, срезав масличные ветви, и ветви напоминают царям о милости и человеколюбии – так и ангелы, вместо ветвей масличных, самое Тело Владычне предлагая как Владыку, молят о человеческом естестве: “Мы молимся о тех, которых Ты Сам, предварив, так возлюбил, что и душу Свою отдал за них. О тех мы молитвы изливаем, за кого Ты Сам Кровь Свою излил, за кого Ты принес в жертву Свое Тело”. Поэтому, когда ты молишься Владыке в одиночку, Он не так хорошо слышит тебя.
     Ведь здесь и священнические молитвы воссылаются. Для того здесь и священники предстоят, чтобы молитвы народные, будучи немощными, соединившись с их молитвами, более сильными, взошли вместе с ними на Небо.
     И Павел свидетельствует, говоря так: Бог, “Который и избавил нас от столь близкой смерти, и избавляет, и на Которого надеемся, что и еще избавит, при содействии и вашей молитвы за нас”(2 Кор. 1, 10 – 11.). И Петра избавила от темницы молитва: “Между тем церковь прилежно молилась о нем Богу”(Деян. 12, 5.). Если Петру помогла церковная молитва – как же ты не веришь в ее силу и какой ответ ты надеешься получить?
     Церковь укрепилась паче небес, и скорее солнце угаснет, нежели Церковь исчезнет бесследно. ГорЕ славословят воинства ангельские, а долу в церкви – люди воспевают. ГорЕ серафимы вопиют трисвятую песнь, а долу ту же песнь множество людей воссылает. Общее торжество для небесных и земных, единое благодарение, единое радование, единое веселие! И соделало это неизглаголанное схождение Владычне! Дух Святой устроил это! По Отеческому благоволению устроилось такое молитвенное соединение, голоса уставились благочинно свыше, от Святой Троицы, словно неким инструментом направленные! Ибо ничто так не радует нас в жизни, как благолепие церковное. В церкви печальным веселие, в церкви труждающимся упокоение, в церкви притесняемым отдохновение. Церковь брани разрушила, сражения прекратила, бури утишила, бесов отогнала, болезни уврачевала, напасти отразила, грады колеблемые укрепила, небесные двери открыла, узы смертные разорвала, а раны, наносимые свыше, и наветы людские – все отвела и даровала покой. “Придите, – говорит она, – ко Мне все труждающиеся и обремененные, и Я успокою вас”(Мф. 11, 28.).
     Что любезнее этого гласа? Что сладостнее этого призывания? Ведь оно понуждает к упокоению от трудов, дает ослабу от болезней, призывает к веселию от печалей.
     Поэтому мы, о возлюбленные, поспешим пораньше прийти к прекрасному церковному пристанищу, как Петр и Иоанн ко Гробу Господню. Не станем дожидаться конца звона и начала пения, но лишь только запоют колокола, сразу отложим все свои дела и с великим усердием, с подобающим тщанием придем, чтобы получить оставление грехов, а не увеличивать их.
     Что нужно, что требуется от нас? Приходить к Богу с великим страхом, с глубоким благоговением и сокрушением, с возвышенными мыслями, с благочинием, с сокрушенным сердцем, обнаруживая видимым образом сердечное расположение в стоянии, в благочинном сложении рук, в кротком и приглушенном голосе. Это просто и возможно для всех желающих.
     Господь любит и приемлет тишину и кротость: “А вот на кого, – говорит Он, – Я призрю: на смиренного и сокрушенного духом и на трепещущего пред словом Моим”(Ис. 66, 2.). Ибо, когда мы оставляем беседу с Ним, Он считает это досаждением, законопреступлением и великим прегрешением и не хочет тянуть нас к беседе от земного и тленного, примешивать скверну к бисеру.
     Если кто-нибудь беседует с земным царем, то всеми способами старается показать свое величайшее благоговение пред ним, чтобы сподобиться от него большей милости, – и показывает это и выражением лица, и голосом, и сложением рук, и расположением ног и всего тела, и говорит лишь о том, о чем захочет говорить царь и о чем задаст вопрос. Если же он дерзнет спросить о чем-нибудь другом, против воли царя, то примет страшнейшую казнь.
     Ты же, предстоя Небесному Царю, Которому с трепетом предстоят ангелы, оставляешь беседу с Ним и беседуешь о кале, о прахе, о паутине! Стерпишь ли суд, который последует за такую обиду? И кто спасет тебя от муки? И как не боишься, не трепещешь, окаянный! Или не понимаешь, что здесь невидимо предстоит Сам Царь Неба и земли, и испытует разум каждого, и совесть истязает, и ангелы со страхом предстоят Ему? Ты же не думаешь об этом, но стоишь так, с небрежением и нерадением, и даже самого себя не помнишь – о чем беседуешь, что говоришь... О безумный и страстный! Сам не слышишь своей молитвы, а хочешь, чтобы Бог услышал тебя. “Я преклонил колена”, – говоришь, но мысли твои парят. Тело твое собрано, воля же твоя – расслаблена. Уста твои произносят молитву, мысль же твоя пересчитывает имущество и приобретения, перебирает ухищрения, скверные и нечистые помышления, лукавство, зависть и ненависть, подкупы и измены.
     Дьявол лукав: он знает, что во время молитвы мы много приобретаем, и в это время особенно прельщает нас, чтобы привести Бога в негодование против нас. Знает лукавый, что ничем иным не может он удобнее навести на нас гнев Божий, чем этим, потому что мы не оказываем Богу почестей, как рабы господам, как воины воеводам и как любящие любимым. Ведь кто беседует с возлюбленным, делает это с осмотрительностью, – мы же, беседуя с Богом о грехах и прося прощения за столько прегрешений, ленивы и нерадивы.
     Ты, окаянный и страстный, не боишься в церкви говорить о том, что слышал на перекрестках, обмениваться бесчинными криками, словно на торжище, и произносить в это дивное время не полезное, помышляя о суетном, ленясь и оставив в небрежении свою душу. А не боишься ли, что некий бес, увидев тебя, пустой, выметенный и безвредный дом, войдет в тебя, как в пустое помещение, без всякого страха?(Ср.: Лк. 11, 24 – 26.) Когда же он видит кого-нибудь, предстоящего с трезвением и со страхом и трепетом, и всего простертого и устремленного ввысь, и у самых Небес парящего, и ручьи слез из очей испускающего, – более враг даже и смотреть не дерзает.
     Кто-нибудь может сказать, что у нас плохо управлены дела и много всего требуется нам для жизни. Как же одно будет управлено, а другое – находиться в забвении? Одно будет умножаться приобретением, другое – оскудевать? И какой милости это достойно?
     Как изображают пророки и апостолы самого Владыку? Он сидит на высоком, устроенном на возвышении престоле и подает достойным почести и венцы, недостойным же – геенну и огонь определяет. А ты, желая придумать бессмысленные оправдания своему глумлению и воспользоваться ими, говоришь то, за что понесешь неутешительные убытки и примешь нестерпимую печаль и необратимую беду!
     Нет, прошу вас и поучаю! Не станем придумывать объяснений грехам: ведь это – хитрость бесовская и прелесть дьявольская, суетны слова эти и прелести исполнены.
     Хотя и многое нам необходимо и много трудов нужно, чтобы устроить нашу жизнь, но у нас есть другое время, чтобы подумать об этом. Если же, стоя в церкви, мы говорим о приобретениях и об имении, о суетном и тленном – гораздо лучше было бы не приходить, чем раздражать Господа. А тот, кто приходит, напрасно труждается, окаянный: мерзок он и нечист пред Богом, потому что Храм Божий сделал вертепом разбойников.
     Ты хочешь таким образом увеличить богатство и получить необходимые приобретения – но этого не выйдет: Бог с негодованием рассыплет и собранное. Ибо Он говорит через пророка: “Что принесете домой, то Я развею”(Агг. 1, 9), – так говорит Господь. Тот, кто хочет обогатиться таким образом, вскоре возрыдает, лишаемый и того, что имел. Неправедно приобретающий немногое совершенно погубит и все свое имение: привнесенная недобрая мелочь испортит то хорошее, что уже было в доме, как говорит Господь: “Не заботьтесь для души вашей, что вам есть и что пить, ни для тела вашего, во что одеться... потому что Отец ваш Небесный знает, что вы имеете нужду во всем этом. Ищите же прежде Царства Божия и правды Его, и это все приложится вам”(Мф. 6, 25, 32 – 33.). Тот же, кто исполнен всех страстей, кому и всей жизни мало для попечения об имуществе, кто лукавством и страстным вожделением отягощает ум и ослепляет сердце страстями, кто все суетное считает необходимым для своего спасения, – тот, даже предстоя Небесному Царю, думает о тленном и преходящем и заботится о земном и временном.
     И какой милости достойны такие люди? Убоимся же и вострепещем, и постараемся отложить все суетные заботы, особенно в этот дивный час нашей молитвы! Ведь хотя мы и стараемся, и стремимся сделать что-то – ничего не сможем, если не захочет Бог. Напрасно мы в таком случае трудимся и изнемогаем без меры, проводя свою жизнь в неполезных и невыполнимых, изнурительных делах.
     И тот, кто будет пренебрегать этим, смущая всех и занимаясь разговорами в это дивное время нашего предстояния пред Богом, говоря или совершая что-нибудь кроме молитвы, – тот, окаянный, не только себе вредит, но и смущает всех предстоящих и отрывает от молитвы. Мы же всею душою позаботимся о благочестии, и, если возможно, заставим такого, как помеху нашему спасению, выйти за ограду святой церкви, – пусть и досаждает, и плюет, и что-либо язвительное говорит, и еще что-нибудь делает. Но ты не оставляй врачевания, о возлюбленный! Ведь тот, кто лечит человека, поврежденного умом, хотя и терпит всяческие неудобства, однако не отступает; так и нам подобает ради своих братьев претерпеть великую скорбь и беду, а братьев спасти. Хотя больной много раз рвал одежду врача, и бесчестил его, и укорял, и оплевывал, но врач не озлобляется от досаждений, не гневается на болящего и не помнит всего этого, желая лишь видеть больного здоровым. Если мы с таким прилежанием заботимся о теле, то как же о душах погибающих не побеспокоиться?
     Пусть он сейчас и рассердится, все равно ничем не сможет тебе повредить, – а потом и благодать тебе вменится. Даже если он и станет твоим врагом – Бог будет твоим другом, потому что поступая так, мы и братию спасем, и себе приобретем прощение согрешений и великое дерзновение пред Богом, и бОльшую награду получим, чем просто молящийся: ведь он только о себе заботится, тот же, кто останавливает бесчинствующих, заботится о многих – прежде всего о тех, которые хотят предстоять Господу со страхом и работать Ему со смиренным сердцем, а потом и о тех, которые хотят бесчинствовать. Потому мы и получим сугубую пользу, и Сам Владыка будет посреди нас, подавая венец каждому из благочинно молящихся.
     Итак, мы сказали о благочинии церковной молитвы.
     Но если рядом нет церкви – не говори: “Я не могу молиться без церкви”. Тот, кто с чистым сердцем и делами подобающими призывает Бога, будет услышан на всяком месте, и молитвы его послушает Господь, с усердием внимая, хотя место и кажется неподобающим: важно не место молитвы, но образ.
     Иеремия находился в пропасти, однако умолил Бога (Иер. 38, 6 – 13; Плач. 3, 53 – 57.). И три отрока были в пещи – и умолили Бога (Дан. 3, 21 – 94.). И Даниил был во рву львином – и умолил Бога (Дан. 6, 16 – 23.). Иов сидел на гноище – и умолил Бога и получил сугубое богатство. Моисей был на море, но Бог услышал его и сказал: “Что взываешь ко Мне?”(Исх. 13, 13 – 15.) Разбойник висел на кресте, но отверз рай (Лк. 23, 40 – 43.).
     Так и ты, возлюбленный, где бы ты ни был: на море, на дороге или в доме, идешь ли ты, или сидишь, или спишь – на всяком месте непрестанно молись с чистой совестью, говоря так: “Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя”. И Бог услышит тебя, ведь земля и все концы ее принадлежат Ему.
     Хорошо и полезно молиться и воздыхать о грехах на всяком месте. Так и к Корнилию молящемуся пришел ангел и сказал: “Молитвы твои и милостыни твои пришли на память пред Богом”(Деян. 10, 4.). Разве повредила Корнилию домашняя молитва? Разве помогло фарисею предстояние в церкви, исполненное самомнения и гордости?(Лк. 18, 10 – 14.) Великое благо – молитва, произносимая со смиренным сердцем, сокрушенным духом и благодарной мыслью.
     Если не будешь услышан – благодари, и продолжай молиться, чтобы быть услышанным: нужно и то и другое – и получать, и не получать. Бывает, что лучше не получить: если бы просимое было нам на пользу, то Бог дал бы. Ведь Бог не ненавидит, не отвращается от нас: Он слышит нас, но Он, как все чадолюбивые отцы, хочет, чтобы мы постоянно прибегали к Нему. Ибо отец, если видит, что чадо нерадиво, не сразу дает ему просимое – не потому, что не видит его, но для того, чтобы тот, получив, не был нерадивым.
     Бог испытывает терпение молящихся. Поэтому надо молиться Ему часто и прилежно, со слезами и воздыханием, пока наша молитва не будет услышана.
     Вот как следует поклоняться Богу ныне, во времена Нового Завета!

     А о том, как и почему следует поклоняться святым иконам и прочим Божественным и освященным вещам, ты найдешь достаточно объяснений в вышеписанном втором слове (Так в рукописях; в настоящем издании – Слово шестое. – Ред.).

     Узнай же истину и о том, что следует Единому Богу служить – и как подобает ныне служить Ему Единому: не бессловесными жертвами, как иудеи и эллины, но прежде всего сохранять веру невредимой и чистой, как обещал при крещении во Отца и Сына и Святого Духа, и дела, которые обещал Христу, творить, – и со страхом и любовью соблюдай это.
     Какие же дела должен ты творить? – Послушай.
     Прежде всего “возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим, и всею душею твоею, и всею крепостию твоею, и всем разумением твоим”(Лк. 10, 27.), и да не отлучит тебя от любви этой “ни смерть, ни жизнь... ни настоящее, ни будущее”(Рим. 8, 38.). Постарайся сделать все обычаи свои и нравы и дела угодными Ему, будь праведным, мудрым, утешителем скорбящих, питателем нищих, принимай странников, защищай обижаемых, будь благоговейным в общении с Богом и приветливым с людьми, терпеливым в напастях, не досаждай, будь щедр, милостив, в ответах сладок, кроток, не желай славы, не будь лицемерным, но будь чадом Евангелия, сыном воскресения, наследником жизни, не златолюбцем, не осуждающим, а часто молящимся, скорбящим о грехах, веселящимся о Боге, алчущим, жаждущим, смиренным, долу поникшим, умом же к Небу простирающимся.
     Поступь имей кроткую, голос умеренный, слово благочинное, ешь и пей неспешно. При старших молчи, более мудрых слушай, превосходящим тебя повинуйся, к равным тебе и к меньшим имей любовь нелицемерную, от злого и плотского и от угождения плоти отвращайся. Говори мало, больше думай и не произноси дерзких слов, не излишествуй в беседе, не дерзай смеяться, украшайся стыдливостью. Работай руками, за все благодари, ск`орби терпи, со всеми будь смиренным, блюди сердце от помышлений лукавых. Не живи как ленивые, но стремись жить как святые. Радуйся вместе с поступающими добродетельно, а не завидуй; плачь о согрешающих, а не осуждай: у них есть свой Судия, Который воздаст каждому по делам его.
     Не поноси отвращающегося от греха; никогда не оправдывай себя, но исповедуй себя грешным пред Богом и людьми. Не говори льстиво, не клевещи ни на кого и клеветы не слушай с удовольствием. Не будь побеждаем яростью, не будь одержим похотью, не гневайся напрасно на ближнего, не мсти никому, не воздавай злом за зло. Пусть тебя укоряют, а сам не укоряй. Пусть тебя бьют, а сам не бей. Пусть тебя обижают, а сам не обижай.
     Прежде всего воздерживайся от бесед с женщинами и от вина, ибо вино и женщины сделают отступником и разумного.
     Творя заповеди Господни, не унывай, но ожидай воздаяния и похвалы от Бога и желай вечной жизни.
     Наказывай бесчинствующих, утешай малодушных, служи больным, принимай странников, старайся быть братолюбивым. С крепкими в вере имей мир, от еретика отвращайся, благословленные книги читай, запретных же вовсе не касайся.
     Желай благ, которые на Небе, а о земных благах не заботься: над ними растянута сеть – как птица увязнешь. Будь юродивым в мудростях мирских, умудряйся же в делах Христовых: ибо мудрость Его – одно, мудрость же мира, распявшего Господа Славы, – иное. То, что имеешь сегодня, храни, а завтрашнее предоставь Богу, ибо Он сказал: “Да будет свет. И стал свет”(Быт. 1, 3) – день. А создавший день даст тебе и все необходимое для него.
     Оставь земное, чтобы получить Небесное. Пребывай в нищете на земле, чтобы разбогатеть на Небесах. Оставайся алчущим и жаждущим на земле, чтобы насытиться на Небесах радости бесконечной. Утаи себя здесь, чтобы там явиться. Помолчи здесь, чтобы там заговорить дерзновенно с Отцом. Будь сыном воскресения и жизни вечной и чадом света. Ищи свое Отечество и не останавливайся здесь, но стремись и дальше двигаться по пути, пока не достигнешь врат Вечного Града.
     Пока пребываешь во плоти сей, не оставляй подвигов. День за днем подвизайся о спасении своем: не откладывай на будущее, ведь не придет к тебе вестник, предсказывающий смертный час. Будь грустным и веселым, печальным и радостным: грустным и печальным – чтобы жить смиренно, не увлекаясь радостями земными, веселым же и радостным – чтобы противостоять скорбям, находящим от бесов, и душою веселиться о Господе.
     Устремись ко Господу с верой и любовью, чтобы не прельстила тебя и не отвела от Него красота мира сего. Закрой глаза свои на видимое и прозри внутренними очами будущее. Поработи тело, а душу освободи, и не давай телу легкой жизни, ибо оно – плоть и на свободе обезумеет. Принимай все скорби во время сие, чтобы во время `оно исполниться всяческой радостью, ведь эта жизнь – торг. Поэтому отбрось временное – и получи вечное. Отдай малое – и получи великое.
     Прежде вечного покоя не почивай, прежде вечных благ – земных не насыщайся. Пусть будет горечью для тебя слушание неполезных рассказов, а сладкими сотами медовыми – повести святых мужей и чтение Священного Писания.
     Уши имей отверстыми для слушания и руки – готовыми к исполнению слышанного. Уста пусть будут молчаливыми и сердце осторожным. Будь молчалив на празднословие, разумен же на полезное. К достижению великих добродетелей стремись и о малых не будь нерадив. Не оставляй без внимания согрешений, даже самых малых, но стремись к покаянию и исправлению. Будь верным хранителем добродетелей. Да будет ключом твоим страх Божий: пусть он отворяет уста твои, он же и затворяет. Смотри где нужно, говори где нужно. Спрашивают – отвечай, не спрашивают – безмолвствуй, чтобы язык твой, подталкиваемый дерзким сердцем, не уязвил бы кого, но пусть слово утешения предшествует прочим словам твоим, укрепляя любовь ближнего к тебе. Пусть будет ясным лицо твое при разговоре, чтобы развеселить беседующего с тобой.
     Беседуя с нищим, не оскорбляй его, ибо “кто ругается над нищим, тот хулит Творца его”(Притч. 17, 5.), – говорит притча. Не стыдись склонить головы своей перед всяким, созданным по образу Божию. Не ленись почтить старейшего летами и постарайся упокоить старость его. Сверстников своих встречай мирно, младших принимай с любовью. Пред тем, кто почтеннее тебя, не ленись стоять.
     Алчущего накорми, жаждущего напои, как Сам Господь повелел, нагого одень, странника пригласи в дом свой, больного посети, пойди в темницу и посмотри на бедствия узников, и если что нужно, подай им, и поскорби и воздохни, и прослезись с ними, – и помни, что многие из них тяжко страдают за один лишь грех, мы же, постоянно согрешающие, наслаждаемся и благоденствуем.
     Потому скорби о грехах своих, воздыхай о соблазнах, печалься о падениях, что были в городе, где ты живешь, и во иных окрестных. Отыщи одного человека, боящегося Бога и всею душою служащего Ему, и прилепись к нему душою и телом. Если ты нашел такого человека, то уже не скорби, ибо ты нашел ключ от Царства Небесного. Следуй за ним во всем, внимай словам его и делай то, что ему угодно.
     Пусть будут тебе пристанищем места тихие: монастыри и дома людей благочестивых. Приходи к ним, поскорби с ними и утешь их в нищете их. Если есть в дому твоем что-либо нужное, принеси им: все это отдаешь в руки Божии.
     Уразумей, в чем состоит воля Божия и чего требует Царь Небесный от твари Своей – разве не малой и легко творимой милостыни? Дай малое, получи вечное. Дай единожды, получи сторицею: тот, кто милует убогого, Богу взаймы дает.
     Праздники Божии и святых Его почитай – не напиваясь сам, но кормя алчущих и поя жаждущих. Сделай дом свой известным не для богатых, не для славных, но для убогих и нищих, для сирот и вдовиц и для не имеющих где главу приклонить.
     Богат ли дом твой, или убог – за все благодари Господа Бога, ибо все это строится Божественным Промыслом, и все зрит Его неусыпающее око. Потому старайся десятую часть от всего, что имеешь, отдавать Богу, давшему тебе эту жизнь и обещавшему тебе жизнь вечную после смерти.
     Ведь мир сей уничтожится и слава его погибнет: придет Господь с Небесными силами, и будет судить всякого человека, и воздаст каждому по делам его. Посему вспомни, что завтра увидишь небеса разверзающиеся, и ангелов узришь, и встанешь пред страшным судищем, и дашь ответ о жизни своей, о делах и словах и помышлениях. Поэтому позаботься о себе, вспомни о себе и грехах своих.
     Вспомни, как осуждал. Вспомни, что ты – человек смертный, и болезненный, и страстный. Вспомни, что жизнь твоя была печальна, и бед исполнена, и много ты погубил добрых и злых, мудрых и немудрых, богатых и нищих. Вспомни, что ты – человек немощный, не способный понести и одного дня трудов, одной ночи бдения. Вспомни, сколько ты грешил против Бога от юности своей. Вспомни, что ты днем и ночью борешься со львом и змием. Вспомни, сколько под землею душ, которые презирали страх Божий: на малое время молили они получить покой – и не получили, но в глубочайших частях земли плачут о заблуждениях своих, о лености, о наслаждениях и о лукавстве своем. Вспомни, сколько раз возмущалось море сие житейское от дел плоти нашей, сколько бурь, возмущений, ветров, грехов, слез во всех городах, в домах и на торгах. Вспомни, сколько было людей от Адама и доныне, и не осталось о них памяти: лишь те прославлены на Небе и на земле, которые по заповедям Божиим прожили все дни жизни своей.
     И что есть благо в мире сем, и что не обманчиво? Ведь все исполнено болезни и страха: и рождение наше болезненно, и смерть наша страшна, и то, что по смерти – неизреченно и неизвестно. Питание наше меры не имеет, сон и хождение – все печально. И плоть наша не покоряется нам: если здорова – борется, если же немощна – огорчает. И если нет у нас хотя бы хлеба для подкрепления, то мы изнеможемя.
     И кто в жизни этой жил не тяжело? Кто не вкусил соленых вод горького сего моря и встречных волн? Кто не стенал при этом? Сколько разнообразных прельщений нынешней жизни заставило споткнуться и хороших ходоков? Вспомни, что вскоре оставишь все видимое, небо, землю и людей. Вспомни, что ты ничтожен и телом, и душою: малая скорбь смущает тебя, малое слово оглушает тебя, малая болезнь, словно огнем, сжигает тебя и повергает в великую печаль.
     И всякое веселие света сего плачем кончается: ибо сегодня играют свадьбу, а завтра оплакивают мертвеца. Сегодня растем, а завтра гнием. Сегодня мы рождаем, а завтра мы же погребаем. Сегодня радуемся, а завтра плачем. Сегодня богат, а завтра наг. Сегодня славен, а завтра снедаем червями.
     Посему убоимся и вострепещем! Ибо не знаю, что будет с нами. Потому покаемся ныне! Ведь после смерти нет покаяния: что здесь сделаем, то и получим там; что здесь посеем, то и пожнем там. Придет обязательно, и не минует, придет на нас Божий меч, а Бог не взирает на лица, не возьмет никакого выкупа: оставит человек все и отойдет один, нищ и наг, беспомощен, беззащитен, без дерзновения, неготовый, долу поникший, плача и сетуя, л`етом обливаясь, с бегающими глазами, зубами скрежеща, трепеща, за волосы хватаясь, с горящим языком.
     Хочет бежать – и не может. Хочет получить помощи – и не получит. Малый огонь – и все обращается в ничто. Малая болезнь – и все вотще и всуе. Только ночь глубокая и темная, страшная и болезненная: и поведут его, как осужденного, поведут в места, исполненные страха и трепета, – в места, где нет смеха, но плач, где нет пищи, но скорбь, где великий страх и трепет для грешников, великая беда, неизреченные слезы, несказанное сетование, неумолкаемое воздыхание, неугасимый огнь, неусыпаемый червь, непроглядная тьма, неподкупный страшный Судия.
     Потому да послужит нам это к назиданию! Будем помнить об этом постоянно! И, оплевав все радости этого мира, поможем себе: отведем подобающее место миру сему и радостям его, всем мирским попечениям и пристрастиям и сокроемся от них, ибо они гонят нас на убиение.
     Потому будем внимать себе и Богу своему, отдадим тело свое всяческим скорбям и печалям, ибо оно достойно многих язв. И покаемся всем сердцем, и скажем: вот, мы все оставили и пошли за Тобой! Вот, мы всего отверглись страха Твоего ради! Пусть дойдет покаяние наше до облаков! Пусть стенание наше приблизится к небесам! Пусть молитвы наши и милостыня дойдут до Бога!
     Послужим Ему со страхом и трепетом и будем терпеть все скорби и печали, чтобы насладиться благами, которые обещал Господь любящим Его: ибо заповеди Божии, о которых сказано выше, суть свет и жизнь (Ср.: Ин. 6, 63.). И от тебя зависит – исполнять их или презирать. Посему непрестанно поучайся им и в них пребывай.
     Напиши сие малое слово в сердце своем и повесь его себе на шею, ибо оно введет в жизнь вечную тех, кто хочет идти по пути святому, желанному, по которому шли все святые от века, в Ветхом и в Новом Завете, и подвизались до пота, в скорбях и нуждах великих, и постнически и мученически угодили Христу и Ему единому послужили, чтобы, воскреснув из мертвых, возликовать со ангелами в блаженном и вечном непрестанном ликовании. Аминь.
     Это о том, как Тому Единому служить. И на этом завершим слово.

     И будем заканчивать наше повествование: ведь мы уже достаточно узнали, как подобает поклоняться святым иконам, Честному и Животворящему Кресту и прочим Божественным и освященным вещам, что сотворены в честь и славу Божию; и о том, как подобает почитать друг друга, и как поклоняться царям и князьям, и что такое Бог, и как подобает ныне о Боге рассуждать, и как ныне Господу Богу поклоняться и Ему Единому служить, Присносущному и Трисолнечному Свету, Отцу и Сыну и Святому Духу, ныне, всегда и во веки веков. Аминь.

 

 


    Автор проекта и составитель - Александр Петров (Россия)

 Студия "Мастерская маршала Линь Бяо"

 Copyright (С) 2000-2001 by Alexander Petrov (Russia). All right reserved.       Webmaster: petrov-gallery@yandex.ru

 


Баня щелково смотрите на www.сауна-Алладин.рф.