ШЕСТОДНЕВ

ИОАННА ЭКЗАРХА БОЛГАРСКОГО

 

 

 

Слово пятого дня

 

 

    Если это видимое солнце может рассеять великую тьму и осветить человеческие глаза и указать путь всякому, кто хочет куда-либо идти, то насколько больше даст Святой Дух тому, кто в нем нуждается, как и пророк говорит, обращаясь к Богу: «Светом Твоим видим свет». И мы, имея Того, кто освещает очи нашего разума, без заблуждения переплываем ширину моря Священного Писания. Если мы, держась за него, будем продвигаться вперед, то дойдем и до того безветренного места, которого благополучно достигли первые.

    Он сказал: «Да произведут воды ползающих душ живых по роду и птиц, парящих по тверди небесной по роду». Добрый порядок, и полезный, и искусный, установленный на бытие всего сущего, поведал премудрый Моисей. Да и мы, если хотим начать и совершить какое-то духовное или плотское дело, то производим его в установленном порядке.

    Разогнана была первым светом вся глубинная и воздушная тьма, мгла и мрак. Распростерта же была твердь, которая называется небом. Затем невидимая тогда земля, поскольку была под водами, стала видимой. Воды стеклись в долины, которые были для них определены. Земля же украшена была тотчас и различными цветами, и растениями деревьями, и бесчисленными травами. И вслед за тем украшено было и небо великими светилами и великолепием красотами всех звезд. И по порядку вслед за этим теперь и водам было приказано произвести живые души, которые Бог назвал ползающими, потому что они ползают по земле, а не парят по воздуху, но... с крепким телом плавать в воде и на поверхности сверху и по дну, и по земле ползать Даже если какие-нибудь животные имеют ноги и ходят, как, например, тюлени, и крокодилы, и бегемоты, и так называемые раки, и другой подобный этому род, то такие животные живут в обеих средах; поскольку они выше плавающих, то поэтому их называют ползающими существами и причисляют к этому роду.

    Имеется четыре вида живых существ: первый — растущий, обладающий силой, чтобы себя питать, как, например, растения. Второй же вместе с тем имеет и силу  к ощущению, как, например, племя рыб и все пресмыкающиеся.  Третий, который имеет то же самое и еще к тому же обладает способностью ходить, как, например, животные. Четвертый вид ко всем тем названным способностям еще добавляет абсолютно свободную волю, чтобы он мог выбирать, что ему хочется. Поэтому создание животных, начинаясь сначала с наименьшего вида, доходит до наибольшего и самого совершенного. Поэтому премудрый Создатель повелел прежде, чтобы земля произвела растения, которые имеют только две способности, т. е. расти и тучнеть. Затем Он повелел водам родить тех, к двум тем способностям которых добавилась способность к ощущению; далее тех, кто способен ходить, то есть одушевленных животных, которые приняли душу неразумную и смертную. И только потом, вслед за этим был создан человек, который имеет все названные способности и еще намного лучшую — одаренную разумом и духовным зрением душу, то есть ум и разум, благодаря которым он и выше и лучше всех оных. Но хотя те, кто получает существование от воды, выше растительной жизни растений — они имеют ведь душу и лучший образ жизни, но земных животных они не достигнут не по причине естества, а, напротив, из-за того, что мутны разумом и безгласны. Поэтому то, что несовершеннее, Он создал прежде, и лишь потом выводит из земли состав более совершенных, разделяемый надвое. И то, что бывает от воды, рождается прежде того, что парит по небу. Одно — тело того, другое же — этого, отличное от первого. Плотнее и крепче вода, тоньше и прозрачнее воздух. Оттого и животные различны.

    Поэтому и сказано: «Да произведут воды ползающих душ живых по роду». Сказав это сначала, Моисей прибавил, говоря так: «И птицы, парящие по тверди небесной по роду». И то, что в последовательности Божьего повеления названо вторым, природной способностью к представлениям и чувствами способностью чувствовать выражено отчетливо. И поэтому такие создания по своему образу жизни являются более свободными и совершенными. Итак, для того, кто хочет познать, ни одно малое слово от рассказа Моисея не будет восприниматься без удивления перед мудростью, силой и непостижимой благостью, которая сотворила все сущее. Если каждое из того, что было создано, мы сможем понять, как следует, то и мы скажем то же, что и пророк Давид: «Как возвеличились дела твои. Господи, все сотворил Ты премудростью».

    Говорится: «И сказал Бог: Да произведет вода ползающих душ живых по роду, и птиц, парящих по тверди небесной по роду». Как только возникло повеление, тут же сразу возникло и то, чему было приказано появиться. Всякие животные тут возникли сразу, и каждому был дан подобающий ему вид. Одни водные животные являются яйцеродными, а другие рождают живых существ, то есть детенышей, как говорят знающие о раках, дельфинах, китах и тюленях. А у птиц, учат они, летучие мыши рождают детенышей, а не яйца. Из этих водных животных некоторые могут жить двояко: они кормятся и в воде, и на суше, то есть на земле, как, например, тюлени, и крокодилы, и раки, ползающие вспять, и бегемоты, и жабы. Эти водные животные могут жить двояко: они кормятся и в воде, и на суше.

    «Да произведут воды ползающих душ живых». Творец приказал, и стало сразу же мягкое водное существо плодовитым и родило больших и малых животных, и все берега были полны ими, и они плавали в глубинах. Также и морские ложбины впадины, и большие и малые заливы были полны всяческих и различных рыб. Одни из них плавают стадами, а другие поодиночке, и есть иные, ищущие себе корм под камнем, имеются еще и животные киты, называющиеся «лежаси», которые сравнимы по величине с островами, а кроме того мелкие и маленькие рыбки. Одним повелением Божьим родилось и великое, и малое.

    Здесь мы должны оплакать окаменевшие иудейские сердца. Как они не понимают и верят в то, что водное естество, мягкое, разливающееся и бездушное, может родить бесчисленный род животный, хотя и имеющий в себе много различий по форме, размеру и по качеству, а Деву, имеющую душу и разум, родившую Дитя, не признают за то, что она девственница и не познала никакого мужа. Им же подобает отвечать так: если ты не имеешь в это веры, любящий споры и жестокосердный иудей, то не признавай и первого ни в малой степени. Гораздо менее возможно бездушной и лишенной ощущения воде произвести на свет такое множество одушевленных и наделенных ощущением животных, чем Деве, имеющей душу, родить Дитя, имеющее душу, притом такого же естества, как и родившая Его. Откуда же дали воды все то, что не имели сами, а именно душу и способность неразумной души к чувству и представлению, а еще к тому же и части тела, которые прикреплены внутри и снаружи тела? А здесь всё то, что родившемуся передала родившая, она искони имела по естеству. Намного легче придерживаться при объяснении естественного порядка, и видеть это на примере подобия другим существам. Если что-то одно находится вопреки естеству, а именно то, что девица родит, то оно намного сложнее для понимания и сильно отличается от естественного порядка. Того, что кто-то не имеет, он и не отдает. Как же ничего не имевшее водное естество все же произвело из воды множество и разнообразие существ? Тут иудей может сказать, что все ставшее было создано по Божьему повелению и что это бездушное водное существо дало бесчисленные души, каждую со своими способностями и свойствами, образованными от воды, многим живым существам. На это отвечает им слово истины: как же ты верить в то, что водное естество по повелению Божию было в состоянии создать нечто — (в то, что более трудно и невозможно), а то, что в сравнении с этим является более легким — по Божьему повелению Дева родила, — не принимаешь и не веришь в это.

    Об этом давно, много лет назад великий Исаия проповедовал нам, восклицая и говоря: «Се, Дева во чреве приимет и родит Сына, и нарекут имя Ему Еммануил, что значит: с нами Бог». И как вскоре после этого, восхваляя родившегося от Девы младенца, он говорит так: «Ибо младенец родился нам, Сын, и дан нам, и дано имя Ему ангел великого Совета, Бог крепкий, Владыка, владеющий миром. Князь мира. Отец наступающей вечности». Он Тот, которому боголюбивый патриарх Авраам сказал: «Господи, судящий всю землю». Он Тот, которого видел пророк Даниил как «Сына человеческого, шедшего на облаках небесных», чтобы судить живых и мертвых. О Нем же и блаженный Захария иудеям заранее предопределил, говоря: «И воззрят на Него, которого они пронзили, и устроят о Нем плач, как о любимом сыне». Но пусть иудеи «идут в свой огненный свет и пламень, который они разожгли», как говорит великий Исаия. Мы же, оставив это, скажем, что говорит святой Василий, истолковывая рассказ Моисея.

    Ибо Моисей говорит: «И сказал Бог: «Да произведут воды ползающих душ по роду, и птиц, парящих по тверди небесной». После создания обоих небесных светильников и воды наполняются животными, чтобы украсить себя ими. Земля же получила украшение от произросшего на ней. Небо же получило звездные цветы и, как парой близнецов-глаз, стало украшено парой светильников. Потребовалось и водам получить свое украшение. Пришло повеление — и тут же реки стали способны к действию порождению, и озера плодовиты, каждое из них рождало по своему естеству. И море породило разнообразные роды плавающих. Ни тина, ни грязь не остались без дела и без участия: жабы, и саранча, и комары рождаются от той тины. Видимое теперь показывает, что так было и в прошлом. И так вся вода трудилась по повелению Творца, и жизнь всех видов, которых никто не может сосчитать, великая и неисповедимая Божья сила показала деятельной и подвижной, так как вместе с повелением возникла в воде способность рождать живые существа.

    «Да произведут воды ползающих душ живых». Впервые было создано существо одушевленное, наделенное ощущением. Растения и деревья, хотя мы и считаем их живыми, поскольку они получают растительную и питательную силу, не являются настоящими живыми существами и не имеют души. Поэтому сказано: «Да произведут воды ползающих  душ живых». Это значит: все плавающее, проходит ли оно сквозь воду, либо над водой , либо по дну, — все то относится к природе ползающих, двигаясь по толще водной. Одни, находясь в воде, прыгают скачут и ходят на ногах, другие из них живут в обоих местах, как, например, тюлени, и крокодилы, и бегемоты, и жабы, и ракообразные, и раки, но главное качество у них то, что они плавают. Поэтому: «Да произведут воды ползающих!» В этих коротких словах какой род оставлен без внимания, какой не охвачен повелением Творца? Не тот ли, который рождает детенышей все это охвачено Тобой, то есть тюлени, и дельфины, и раки, и то, что похоже на них, — так называемые селахи (хрящекостные рыбы), и те, которые, напротив, откладывают яйца  — таковых же большинство, почти все рыбы: одни родом без чешуи, а другие с чешуей, а некоторые без перьев, а некоторые с перьями. Глас повеления краток, лучше сказать не глас, а мысль быстрее молнии. В этом повелении было заключено такое множество различных рыб, что если кто-то захочет их все в действительности перечислить, то значит тот может решиться пересчитать морские волны или измерить море черпаком, это ведь также невозможно.

    «Да произведут воды ползающих». Среди этих рыб одни плавают по поверхности, а другие — по краю у берега, а иные в глубинах, а иные под камнями, одни передвигаются косяками, а другие поодиночке. Имеются и киты, являющиеся огромными морскими животными, которые «суть лежаси», и совсем мелкие маленькие рыбки.

    «Да произведут воды...». Этими словами показывает родство естества плавающих с водой. Поэтому, как только рыбы ненадолго разлучаются с водой, тут же и погибают. Ибо они не имеют органов дыхания, но что есть для земного животного воздух этот, то для плавающих рыб вода. Ясна причина, почему это так. У нас есть легкие, наполненные пустотами скважинами, которые через рот воспринимают воздух этот и пропускают его через грудь, этим воздухом уменьшают то тепло, идущее от сердца, которое есть у нас. А у рыб растяжение и сжатие жабер, принимающих воду и выливающих ее, бывает вместо дыхания. У рыб свое назначение, своя природа, отдельная пища и жизнь по своему обычаю. Поэтому рыба не может быть приручена и вообще никак не может терпеть человеческой руки.

    «Да произведут воды ползающих душ живых, по роду». Теперь велит водам произвести начатки каждого рода, как некие семена естества. Потом заботится Он о множестве следующего за тем потомства: когда тому подобает расти и размножаться. К иному роду принадлежат те, у кого кожа как костяная оболочка, как, например, раковины, гребешки, и морские улитки, и стромби, и другое множество различных животных. Еще иной кроме того род, имеющий более мягкую оболочку, чем тот первый род — мягкочерепные, так называемые раки, и крабы, и другие такие же.

А есть другой кроме этого род, называемый мягкотелые (моллюски), поскольку плоть их мягкая и слабая: полипы, каракатицы и им подобные. И между ними различия бесчисленны: драконы, мурены, угри, которые обитают в илистых реках и озерах, имеют большее сходство с ядовитыми гадами, чем с рыбами, к которым они приближаются по своей природе.

    Есть иной род, который откладывает яйца, а еще один род — живородящих. Живых существ рождают вьюны, и мокрицы, и вообще так называемые хрящеватые рыбы (селахи). И большинство китов рождает живых детенышей, и дельфины, и тюлени, о детенышах которых рассказывают, что всякий раз, когда они чего-нибудь испугаются, снова прячутся в материнскую утробу.

   «Да произведут воды ползающих по роду». Один род — киты, другой же — мелкие рыбы. И среди рыб имеются бесчисленные различия, отмечаемые по родам, из которых каждая рыба имеет свое название, и пищу особую, и вид, и размер, и качество плоти. Все это отличается большим разнообразием и существует в разных формах. Какие рыбаки могут нам перечислить эти различные роды? Кто же из тех, кто состарился на морских берегах, может правдиво рассказать нам об этом? Иных рыб знают те, которые ловят их, плавая в Индийском океане, иных — те, которые ходят по Египетскому заливу, иных же рыб знают островитяне, иных - мавритане. Но всех рыб и малых, и больших, одинаково произвело первое это повеление и неописуемая эта сила. Много различий в их образе жизни, много отличий в размножении каждой породы. Большинство рыб не насиживают яиц, как птицы, не вьют гнезд, не трудятся, кормя своих детенышей, но вода, приняв выметанную икру, создает из нее живое существо. И потомство каждого рода не изменяется и не смешано с другим по естеству, как, например, мулы на земле, или иные из птиц, которые, смешиваясь между собой, создают роды другого вида. Никакая же рыба не имеет зубов резцов на одной половине, как у нас коровы и овцы, которые, как жвачные, не имеют резцов в верхней челюсти. Ибо никакая рыба не пережевывает, изрыгая, пищу обратно, кроме одного скара, о котором рассказывают, что он таков. Все рыбы имеют острые и частые зубы, чтобы при медленном жевании пища не растекалась, ибо так было бы, если бы рыба быстро не пережевывала и не передавала пищу в чрево, измельчив ее.

    Пища же рыбам разделена по родам — одна такая, другая иная; одни питаются илом, другие — тиной, иные — мошками и прочими насекомыми, а также водорослями, а другие иными — травами, большая же часть рыб съедает друг друга, и та рыба, которая меньше, служит пищей большей. А если когда-то случится и малой рыбе съесть меньшую, чем она сама, то бывает, что их обеих проглотит большая рыба, и обе войдут в чрево той. И не так ли поступаем и мы, люди, когда принуждением приносим в жертву более слабых. Чем отличаемся мы от последней рыбы, которая из-за своей жадности захватывает и пожирает всех более слабых, чем она сама. Тот отобрал у бедного имущество, а ты, ограбив еще и его самого, присоединил вместе с тем имуществом бедняка все к своему богатству. Ты оказался неправеднее неправедного и ненасытнее ненасытнейшего. Но смотри, чтобы тебя не постиг такой же конец, как и рыб — не будет ли это удочка, обманом берущая тебя на крючок, или сеть, которая опутывает тебя, или невод. И мы, часто неправедно поглощавшие многих, и сами не избежим последнего наказания.

    Видя в слабом животном большую хитрость и понимая ее, желаю, чтобы ты избежал подражания этому злу и коварству. Есть рак, который жаден до мяса устрицы, но трудно ему поймать ее, поскольку покров ее прочен, как костяная оболочка. Ибо от природы одето мягкое мясо и заключено в раковину эту крепко, чтобы рак ничего не мог с нею сделать. И как только рак подстережет ее в безветренном месте, очень спокойно греющуюся и раскрывшую свои половинки раковин на солнце, тогда, тайком подкравшись и взяв камешек, вбрасывает его в них и не дает им стянуться и закрыться, и того, что он не может сделать силою, добивается хитростью, которую он сам придумал. Такова злоба у тех, кто не имеет ни разума, ни слова. Таков и тот, кто с коварством приходит к брату своему и простодушному ближнему, и, пленяя его хитростью, восстает против него и кормится несчастиями другого. Беги от такого бесчинства! Довольствуйся своим! Нищета с истиной для праведных выше всех наслаждений.

    И не могу умолчать о рыбе, которую называют полипом, о ее коварстве и хитрости, о том, как она лукава. Ибо она, к какому камню приблизится, такой же цвет тела являет, к зеленому — зеленый, и к белому — белый. Поэтому многие плывущие рыбы, не подозревая, попадают в челюсти полипа, принимая его за камень, и делаются готовой добычей этого хитрого существа. Таковы нравом те, которые всегда около властителей и приноравливаются к их потребностям, не всегда оставаясь при одном и том же мнении, но быстро меняя его то так, то этак, с любящими целомудрие — любя целомудрие, а с невоздержанными — невоздержанность, и меняя свои мысли в угоду тем, кто их любит, так как притворяются любящими их. И этой любовью прикрыта их хитрость. Такие нравы Господь называет: «волки и грабители, являющиеся в овечьей одежде». Беги от такого, который много раз меняет свои убеждения, иди вослед истине, чистоте и простоте.

    Змея исполнена многих хитростей, поэтому она и осуждена ползать. Праведник — простой человек, каким был Иаков. Поэтому Господь вселил единонравных в дом. «Это море великое и пространное, там пресмыкающиеся, которым нет числа, животные малые с большими». Но однако у них установлен мудрый и благоустроенный порядок. Но не будем только укорять и порицать рыб за их нрав, ведь в других случаях им подобает и подражать. Как каждый род рыб, как бы отделив себе место, не отнимает его у другого, но живет в своем собственном пределе? Никакой землемер не отводил им жилищ, они не ограждены стенами, но каждому роду отделено по потребности собственное место. Этот морской залив рождает и кормит одни виды рыб, а тот — другие. И те рыбы, которые плодятся, рождаясь во множестве в этой морской глубине, в иных глубинах не водятся. Никакая высокая гора не стоит между ними, никакая протекающая река не разделяет их, но есть один закон природный, равный и правильный, который каждому по потребности отделяет место жительства.

    Но мы не таковы. Мы преступаем законы вечные, которые установили отцы наши. Мы отмежевываем земли, присоединяем дом к дому, имение к имению, чтобы отнять их у ближнего. Киты знают место своего жительства, отделенное им природой от обитаемых мест. Они водятся в том море, свободном от островов, с противоположной стороны которого нет вообще земли, почему туда и не ходят корабли. Киты же подобны большим горам, как говорят видевшие их. Они пребывают в своих пределах, не причиняя вреда ни островам, ни городам, которые стоят на берегах. И так каждый род их живет как бы в городах, селах или древних родовых вотчинах, которые определены им в морских просторах.

    Существуют же и другие, странствующие рыбы. Они, как бы посовещавшись на общем совете, пересекают свою область, и все отправляются в путь по общему соглашению. А когда приходит назначенное им время родить метать икру, поднявшись из разных морских заливов, различные рыбы, повинуясь общему закону природы, плывут в Северное море. И можно видеть во время этого восхождения рыб, плывущих вместе как бы единым потоком и проплывающих через Пропонтиду в Евксинский Понт. Кто их гонит? Повеление какого владыки погоняет их? Какое предписание объявляет им установленные дни, когда им отправляться? Но видишь, как божественное повеление все это делает, распространяясь на самых малых рыб.

    Рыба не ослушается закона и заповеди Божьей, а мы, люди, не признаем спасительного учения. Не презирай рыбы из-за того, что ее глас беззвучен и что она неразумна, но бойся, что будешь неразумнее их рыб, противясь повелению Божию. Внимай рыбам, как они, не являя ни малейшего голоса, действием своим сообщают: «Мы отправляемся для продолжения рода и его сохранения в дальний путь». У них нет своего языка и разума, но они имеют естественный закон, твердо установленный в них и показывающий им то, что нужно делать. Только они не могут сказать: «Пойдем в Северное море», то есть полунощное, поскольку оно имеет самую сладкую воду из всех морей, так как солнце, быстро проходя над той стороной, уходит и не извлекает из воды лучами всей сладкой влаги. Радуются же сладкому и морские рыбы, поэтому иногда они заплывают в реки и плавают вдали от моря. А потому они и предпочитают более всего Понтское море, что оно пригоднее других морей, чтобы рождать в нем детей и вскармливать потомство. И потом, когда они полностью закончат метать икру, тогда снова все возвращаются в свои жилища. А как это рассказывают они тебе без слов? Послушаем молчащих и скажем за них: «Мелко Северное море, и легко ветрам взмутить его. Поэтому и бурные ветры легко могут взволновать его до дна, так что песок со дна смешивается с волнами. Но к тому же холодным будет оно в зимнее время, после того, как наполнится многими и большими реками». Поэтому, недолго насладившись и полакомившись в летнее время, они рыбы, когда снова наступит зима, возвращаются в теплые глубины, в постоянно освещаемые солнцем места. Убегая от северного холода, они проникают в моря, которые ветер сотрясает слабо.

    Видев это, я дивился во всем Божьей премудрости. Если и неразумные рыбы могут думать и заботиться о своем спасении и знать, что им предпочесть, а чего им избегать, то что скажем в ответ мы, одаренные способностью мыслить, наставленные законом, поощряемые добрыми побуждениями, умудренные Духом и при этом хуже рыб заботящиеся о своих душах? Они ведь знают, что им следует делать в будущем, а мы, мало радея о нем, губим жизнь свою в скотских наслаждениях. Рыба проходит столько морских просторов, желая обрести то, что ей на пользу, а что скажешь ты, живущий в такой праздности? Праздность же — начало злого дела. Но никто да не оправдается незнанием, так как существует разум, данный нам от природы, чтобы стремиться к доброму и избегать вредного. Это всеяно в наш ум изначально.

     Но никак не откажусь от притч о морских обитателях, которых мы теперь обсуждаем. Слышал я от мужа, живущего у моря, что морской еж, малое и невзрачное животное, часто, бывает, учит моряков: когда будет буря, а когда наступит затишье. Когда он предчувствует, что будет волнение на море от ветра, то, взойдя на прочный камень, на нем, как на якоре, сильно качается, так что волны не могут его легко смыть. Когда корабельные гребцы видят этот знак, то понимают, что должна наступить сильная буря. Никакой астролог и халдей, смотрящий на восхождения звезд и предсказывающий по ним движение воздуха, не обучал этого ежа, но тот, кто Господин моря и ветров, малое сие животное отметил истинным знаком своей великой премудрости. Ничто же не существует без устроения Божьего, ничто не оставлено без внимания Бога, все видит недреманное Око, на все смотрит, у всего стоит, давая каждому спасение. Если и ежа Бог своей заботой не оставил, то разве не заботится Он обо всем, что является твоим?

    «Мужья, любите своих жен». Хотя вы и были рождены в разных семействах, но сочетались браком. Это естественный союз, ярем и упряжка с благословения Божьего стоящим далеко друг от друга, чтобы они были едины. Ехидна, змея, самая лютая из пресмыкающихся, сходится с морской муреной, свистом извещая о своем приходе и зовет мурену из глубины на совокупление и соединение. Она же послушает и будет вместе с ядовитым тем гадом. Что подразумеваю я, говоря так? Даже если супруг имеет тяжелый и необузданный характер, то супруга должна терпеть это и ни под каким предлогом не допускать, чтобы союз был расторгнут. Вспыльчив ли он, но все-таки он твой муж, пьяница ли, но соединен с тобой по естеству; приносящий ли горе, но он твой член и даже лучший член. Слушай и ты, муж, приличное тебе поучение! Ехидна, змея, приходящая к мурене, извергает свой яд ради соединения, а ты не отвергнешь ли душевную жестокость и горечь из-за уважения к соединению и союзу? Но еще притча о ехидне подходит нам и в другом отношении, потому что соединение и связь ехидны с муреной есть прелюбодеяние плоти. Да поймут те, которые оскверняют чужое ложе, какому пресмыкающемуся уподобляются они! Для меня один смысл во всем — обращать все на пользу Церкви.

    Да укротятся страсти невоздержанных в пороке, наставляемые примерами на суше и на море. Здесь меня понуждает остановить речь телесная немощь и позднее время, а то я еще прибавил бы для жаждущих спасения кое-что достойное удивления о морских растениях, о самом море, о том, как вода кристаллизирует соль, как драгоценный камень, называемый кораллом, в море являющийся зеленой травой, когда бывает вынесен на воздух из воды, становится твердым камнем; откуда в маленькое животное — устрицу, вложила природа драгоценный бисер. То, чего жаждут царские сокровищницы, рассыпано по берегам среди острых камней и лежит в раковинах устриц. Откуда морские раковины производят золотую нить, цвету которой никто из красящих красным или желтым не может подражать? Откуда улитки дают царям багряницы, которые красотой цвета превосходят цветок?

    «Да произведут воды». Что же не появилось из того, что было необходимо, за такое короткое время? Что из того, что очень ценно, не было дано нам в этой жизни? Одно создано на службу людям, а другое — на понимание и созерцание чудесного творения. А иное же, страшное, чтобы наказать нашу слабость.

    «Сотворил Бог великих китов». Они названы великими не потому, что они больше, чем кариды и мениды, а потому, что величиной тела приравниваются к великим горам. Часто они кажутся островами, когда всплывают на поверхность воды. И эти киты такие большие, что ни у берега, ни на мелководье не водятся, но живут в Атлантическом океане. Таковы те животные, которые на страх и ужас нам созданы.

    Если ты слышишь, что малая рыбка, ехиния, без труда останавливает большие корабли с надутыми парусами, плывущие при благоприятном ветре, так что большой корабль долгое время не может никуда двигаться, но как пригвожденный стоит на поверхности морской воды, то и в малом том создании не находишь ли ты указание на силу Творца? Ибо не только рыбы-мечи, и рыбы-пилы, и морские собаки, и рыбы-молоты, но и жало ската-хвостокола, даже если он мертвый, не менее страшно. И морской заяц не менее страшен, так как приносит скорую и неизбежную смерть. Таким образом, Творец постоянно призывает тебя к бдительности, чтобы ты, имея надежду на Бога, с ее помощью избежал вреда, который бывает от этих животных.

    Но, оставив морскую глубину, отправимся на сушу. Ибо чудеса творения, одно за другим захватывая нас, подобно волнам, частыми и непрерывными потоками погрузили наше слово в воду. Но буду удивлен, если наша мысль не встретит на земле еще большие чудеса и не убежит, как Иона, снова к морю. Ум мой, увлекшись бесчисленными чудесами, утратил чувство меры, и получилось так, как бывает с корабельными гребцами, плывущими по морской шири, которые, не имея, чем измерить расстояние, не знают иногда, сколько они проплыли. То же стало теперь с нами: пока слово описывало творение, нельзя было заметить множества произнесенных слов.

    И сказал Бог: «Да произведет земля душу живую, четвероногих и ползающих, и зверей по роду, и стало так». Пришло повеление, следовавшее определенному порядку, и получила земля свое украшение. Там сказано: «Да произведут воды ползающих душ живых», а здесь говорится: «Да произведет земля душу живую. А имеет ли земля душу? А безрассудные манихеи имеют ли право влагать душу в землю?

    Поэтому, когда Он сказал: «Да произведет», ты не думай, что земля создает то,  что заложено в ней. Но Тот, кто дает повеление, Тот и дает ей силу произвести. И когда она услышала: «Да прорастит земля траву зеленую и древо плодовитое» , то не произвела сокрытую в ней траву, не вывела на поверхность ни финиковую пальму, ни дуб с желудями, ни кипарис, ни тисс, ни другое дерево, спрятанное в ее недрах, но Божие слово дало естество всему существующему.

    «Да прорастит земля». Да изнесет не то, что имеет, но да приобретет то, чего не имеет, поскольку Бог дает ей силу действия. Так и теперь: «Да произведет земля душу». Не ту силу, что лежит в земле, но ту, что дает ей Бог повелением своим. Так речь их [манихеев] обращается в свою противоположность : если земля производит душу, то, значит, она сама пуста и лишена души. Но ложь и мерзость манихеев очевидна из этих рассуждений.

    Так отойдем от лжецов, пусть они сами идут на погибель. А мы побеседуем о том, почему водам приказано произвести ползающих душ живых, а земле — душу живую. Потому, мы рассуждаем, что плавающее в водах естество имеет менее совершенную жизнь, так как водные животные живут и кормятся в толще вод. И слух у рыб плохой, и смотрят они тупо, глядя сквозь воду, и они не имеют ни памяти, ни мысли, ни представления в уме, ни постоянного «спутника». Поэтому слово как бы показывает, что плотская жизнь у водных животных преобладает над движениями души, а у земных животных, поскольку их жизнь более совершенна, поручено душе руководить всем. У многих четвероногих чувства более ясные, и у них более обостренные способности к пониманию, и более точная память о прошедшем.

    Поэтому, как можно понять, водным животным тела созданы одушевленными (ползающие же с их живыми душами произведены из воды), а у земных животных душе приказано управлять телом, чтобы те, кто кормится на земле, восприняли больше жизненной силы. И земные животные не имеют разума и бессловесны, но, однако, каждое голосом, данным ему от природы, выражает многое от состояния своей души: или жалость, или радость, когда узнает пришедшего близкого друга и когда разлучается с близким другом, и иные многие состояния выражает голосом. А те животные, которые живут в воде, не только безгласны, но и никак не могут быть ни укрощены, ни приучены к чему-либо. Ибо сказано: «Узнал вол своего хозяина, осел — ясли господина своего». Рыба же не узнает кормящего ее. Осел же знает путь, по которому ходил много раз, иногда он бывает и поводырем, указывающим дорогу заблудившемуся человеку. Он слышит лучше всех земных животных. А какая рыба, живущая в воде, может подражать способности верблюда долго держать злобу и гнев? Ибо верблюд, когда-то давно получив рану, долгое время таит гнев и когда улучит подходящий момент, тут же сразу и отомстит.

    Послушайте, тяжкие во гневе, утверждающие добродетелью злопамятство и желающие отомстить, кому вы подобны, когда таите гнев на ближнего, как искру, погребенную в пепле, и храните его до тех пор, пока гнев не воспламенится из-за чего-нибудь и, вспыхнув, как пламень, не сожжет все.

    «Да произведет земля душу живу». Для чего земля производит душу? Не для того ли, чтобы ты понял разницу между душой скота и душой человека? Немного позже ты узнаешь, как возникла душа человека, а теперь послушай о душе скота. Поскольку, как говорит Писание, «всякому животному душа его есть кровь», кровь же, сгустившись, становится плотью, плоть сгустившись превращается в землю. Поэтому, как и следует ожидать, душа скота есть нечто земное.

    «Да произведет земля душу живу». Рассмотри соединение души с кровью и крови с плотью и плотского с землей, и, покончив с этим, возвращайся обратно от земли к плоти, от плоти к крови, от крови к душе, и ты найдешь, что душа скота есть земля. Не думай, что она создана прежде его телесного состава и что она пребудет вечно, даже когда разрушится плоть этого тела. Беги от пустословных философов, которые не стыдятся, говоря, что таковы же наши души, как и души псов, и которые говорят, что сами некогда были и женщинами, и деревьями, и морскими рыбами. Я же не знаю, были ли они когда-нибудь рыбами, или деревьями, или женщинами, но, однако, когда они писали эти слова, то были они безмолвнее и неразумнее рыб, в этом я твердо уверен.

    «И да произведет земля душу живу!» Почему в потоке слов я замолчал на немалое время, удивляются многие. Но те, которые слушали со вниманием, знают причину умолчания. Как же не знают те, которые, глядя друг на друга, делали знаки и заставили меня прийти в себя и вспомнить о пропущенном. Ибо целый вид творения, и притом немаловажный, укрылся от нас и едва не ускользнул от нас, оставшись необъясненным.

    «Да произведут воды ползающих душ живых по роду, и птиц, парящих по земле, по тверди небесной». Мы поведали о плавающих, насколько нам вчера позволило время, а сегодня перешли к разговору о земных существах. Но нами забыты птицы, находящиеся посредине между теми и другими. Как странствующие путники, если они забыли что-то важное, даже если и успели они пройти большую часть пути, то все равно тут же возвратятся обратно, принимая этот труд как достойное наказание за свою нерадивость, так и мы должны возвратиться назад тем же путем. Ибо то, что мы забыли, не так презренно, но составляет третью часть животного мира, поскольку имеется три рода животных: четвероногие, птицы и водные животные.

    «Да произведут, сказано, воды ползающих душ живых по роду, и птиц, парящих по земле и по тверди небесной по роду». Почему дал бытие из вод и птицам? Не потому ли, что имеется родство у парящих с плавающими? Ибо как рыбы, плывущие сквозь воду, отталкиваясь плавниками, движутся вперед, а управляют хвостом, так и у птиц можно видеть, что они плывут по воздуху подобным образом. И поскольку одно общее свойство обоих родов — плавать, то они имеют единое родство, данное им происхождением из вод.

    Но нет ни одной птицы без ног, так как корм им находится на земле. По необходимости ноги их приспособлены к тому, чтобы служить для добывания пищи. Те птицы, которые кормятся, хватая добычу, имеют острые когти, а прочим даны ноги, чтобы брать ими пищу, и на другую жизненную потребность. Немного есть среди птиц таких, которые слабы ногами и не могут ни ловить ими, ни ходить на них, как, например, ласточки и стрижи, которым кормом бывает то, что летает в воздухе. Ласточкам низкий полет над землей служит  вместо ног.

    Имеются различные и многочисленные роды птиц. Если кто-то хочет сказать о них в общих чертах, как и о рыбах, то найдет общее название для птиц, несмотря на значительные различия их по величине, и по виду, и по цвету, и по образу жизни, и по действиям, и по нравам, и большое разнообразие, отличающее их между собой. Некоторые пытались создать названия, чтобы по ним, как по клейму, не установленное до сих пор и неизвестное название каждого рода стало известным. Одним они дали названия разрезистоперые, каковы, например, орлы, а другой род назвали кожеперые, каковы ночные летучие мыши (нетопыри), иных назвали мягкоперые, как, например, осы и пчелы, еще один род — жесткоперые (жесткокрылые) с крыльями, имеющими покров, как, например, жуки, которые имеют крылья в покровах и оболочках. Когда оболочка раскрывается, они без труда могут лететь кому куда нужно. Нам же достаточно следующее указание на родовое свойство: общее назначение и данное в писании разделение на чистых и нечистых.

    Один род — плотоядные, и одно у них устройство, которое является подходящим для такого вида корма: когти острые, и клюв загнутый, и крыло быстрое, чтобы удобно было ловить добычу, которая, будучи разорванной, служит пищей добывшему ее. Иное устройство у зерноядных, иное же у тех, кто кормится всем, что попадается им. И у тех много различий. Одни из них живут стаями, кроме тех, кто живет ловом, из тех же ни одна не живет в стае, а только со своим супругом. Множество других птиц живет сообща, как, например, голуби, и журавли, и скворцы, и галки. В свою очередь, у тех одни существуют без вожаков и по своему обычаю, другие покоряются вожаку, как, например, журавли. Есть же между ними и другие различия. Одни домашние, другие же улетают в далекие края, когда приближается зима. Многие птицы могут привыкнуть к человеку, если кормить их из рук, а другие не могут, будучи пугливыми и боязливыми. Некоторые птицы и с людьми живут в одних домах, иные же любят горы и пустыни. Большие различия и у них по свойству голоса, свой ведь голос у каждой птицы. Одни птицы хорошо поют, а другие молчаливы. Одни шумливы и поют на разные голоса, другие же вообще немы. Одни обладают способностью к подражанию, имея ее или от природы, или от обучения. Другие же постоянны в своих привычках и не меняют голоса. Петух весел, а павлин спесив и любит красивое, голуби и домашние куры похотливы и не имеют определенного времени для спаривания, куропатка лукава.

 

 


    Автор проекта и составитель - Александр Петров (Россия)

 Студия "Мастерская маршала Линь Бяо"

 Copyright (С) 2000-2003 by Alexander Petrov (Russia). All right reserved.       Webmaster: petrov-gallery@yandex.ru